Моя доля, моя капля…

Анатолий Рябов

В юности у ханты-мансийца С.Н. Егорова была задумка — выучиться на летчика и трудиться в народном хозяйстве. Да жизнь распорядилась по-своему. После десятилетки только собрался поступать в летное училище, а тут война…

После войны подрастающие сыновья, родные и знакомые нередко подступали к нему с расспросами: «Расскажи, как Москву защищал, как удавалось преодолеть страх?». Молодое поколение интересовало, как любили и берегли свою Родину их отцы. У каждого бойца была своя боевая биография.

18-летним Сергей Николаевич встал в солдатский строй. В военкомате офицер дал ему такое направление: «По всему видно, что здоровьем тебя не обидели, к тому же комсомолец и со средним образованием, твое место в противотанковой артиллерии…» Пополнение вскоре влилось в 87 артдивизион гвардейского стрелкового полка, про который шутники острили: «Ствол у орудий длинный, а жизнь у обслуги короткая». Сергей совсем недолго выполнял обязанности подносчика снарядов. Уже через месяц поставили наводчиком.

«Странное дело — война, — вспоминает старший сержант, — в окопах, порою волосы ночью примерзали к земле, морозы лютые стояли, снег из белого становился черным. Большим напряжением сил и нервов давался каждый бой, особенно первые схватки при обороне Москвы…»

Так уж распорядилась фронтовая судьба, что спустя 129 лет после Отечественной войны 1812 года дивизион оказался на легендарном Бородинском поле, где каждая пядь земли — священна для россиян. Как было не проникнуться мужеством предков на святом месте, где на одном из обелисков высечены слова из реляции М.И. Кутузова: «Неприятель отражен на всех направлениях». В ту пору, не менее значимую фразу у разъезда Дубосеково сказал политрук К. Клочков: «Велика Россия, а отступать больше некуда, позади Москва».

«Перед нами стояла другая задача, — продолжает Сергей Николаевич, — задержать врага на подступах к столице до подхода дальневосточных дивизий…». В канонаде боев слышались залпы орудия, которым командовал Егоров. В одном из боев из расчета уцелел только он, да подносчик снарядов. На позицию надвигались танки.

«Кручу маховички прицела, снаряд в казённике. Поймал цель, -волнуясь, рассказывает земляк, — сознаю, что в лоб танк не остановишь, мысленно молю: «Хоть малость поверни бочину!» Получилось! Выстрел и махина встала, как вкопанная. Затем еще дважды улыбнулась удача… Спасибо армейскому корреспонденту, который был нашим помощником и свидетелем схватки. В центральной газете появилась о нас заметка, а на моей гимнастерке -орден Красной Звезды».

Вскоре старшего сержанта Егорова основательно зацепило. Как сквозь сон, запомнились ему слова одного из санитаров: «Ты что, мертвого тащишь?». Воин из последних сил промолвил: «Да, живой я, живой пока…». Медики буквально вырвали его из когтей смерти. Но из-за увечий воевать больше не пришлось.

Всю трудовую жизнь Сергей Николаевич проработал финансистом. С женой Александрой Николаевной воспитал сыновей. Дождался четырех внуков и четырех правнуков.

«Странное дело — война, — заканчивает беседу ветеран, — кому не ведомо, что мы, россияне, выстояли и победили. Другие недруги пусть остерегутся с нами воевать…»

2010

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Яндекс.Метрика