Вогулки тревожная память

Равиль Нигматулин, фото Алексея Рябова

Ее берегли, как могли. Ей поклонялись, как кедру. Ее уважали. На ее берегах в течении столетий ханты и манси устраивали свои праздники, игрища, отмечали свои обряды. Эта земля, богатая дичью, зверем, ягодами, рыбой до тридцатых годов прошлого века   принадлежала кому-то из родов аборигенов.

По дошедшим до нас скупым хантыйским сказаниям, берега речки были берегами жизни. В самой речке можно было без особых усилий выловить рыбу на обед. В весенний и летний розлив-половодье поставив сети, морды, фитили — сделать запас на долгую зиму.

Поклонялись ханты и манси чистоте и прозрачности воды. Речка Вогулка — память ханты и манси — коренных обитателей этой земля. Память старших поколений, высадившихся в 1930 году на склонах Семи Холмов. Если посмотреть на план Остяко-Вогульска, составленный первыми землеустроителями Пайвиным и Балиным, речка почти на две равные половины делит строящийся поселок. До глубокой осени с Иртыша на лодках, обласах доходили до подножий северных склонов холмов. Если быть более точным, речной путь заканчивался в районе, где сейчас Музей нефти и газа. К слову, театрально-концертный комплекс выстроен почти на самом русле Вогулки. На ее же берегу стоял барак сотрудников НКВД, снесенный в конце девяностых годов.

Где истоки Вогулки? Где начало? Наверное, точно никто и не ответит. Сколько людей — столько мнений. Могут ответить старожилы как: -Андрей Семенович Тарханов, Любовь Александровна Чистова, Валентина Васильевна Патранова и Альбина Сергеевна Уфимцева. Те, кто родился здесь, вырос и врос в эту землю душой и корнями.

По мнению старожилов, и я не исключение, Вогулка — это десятки     больших и малых ручейков, стекающихся со склонов и оврагов холмов. Ручейки — от родников. В любую погоду, в любое время года, прогуливаясь на холмах или катаясь на лыжах можно слышать и слушать серебряную мелодию родников. Не так много их осталось.

Вогулка — одна из тысяч речек и речушек, загубленных по России. Что-же, земли и территории у россиян — немеряно. Подозревают ли, или знают сотни отдыхающих в Долине ручьев, что у них под ногами, вдоль площади перед ДЮСШР «одетая» в трубы, лотки и каналы берет начало Вогулка?

Кто-то скажет — начало Вогулки дальше и ближе к склонам. Не оспариваю. Скорей всего, мало кому это приходит в голову. До начала шестидесятых годов район вдоль речки объявлялся санитарной зоной. С запретом выгула скота и других хозяйственных работ. Вода речки шла напрямую, без фильтрации и отстоя, для питьевых нужд населения.

Летом 1934 года на берегу Вогулки построили первый объект социального значения — баню. Необходимость в ней была острейшая. Не знаю, наверное, можно позавидовать тем, кто пользовался баней в те годы — они мылись родниковой водой! В том же году, в декабре, запустили дизельную электростанцию. Любому человеку сегодня известно, что для охлаждающих жидкостей двигателей внутреннего сгорания предъявляются жесточайшие требования по чистоте…

Когда началась гибель Вогулки? Временного отрезка указать и определить сложно. Наверное, все же с тех лет, когда возник Городок геологов. Это вторая половина шестидесятых. В те же годы недалеко от дома №123 по улице Гагарина был построен Гормолзавод, ликвидированный в начале девяностых годов. Со своим автотранспортом, гаражом и другими службами обеспечения и функционирования. Кто контролировал работу предприятия по линии природоохранных требований? Вопрос в большей степени риторический. Расположение гормолзавода в 20-30 метрах от начала оврага, выходящего к Долине ручьев, позволяло избегать конфликтов с инспекторами природоохранных учреждений.

По склонам оврагов — десятки гаражей. Производное жизни населения, а чаще — предприятий, пусть немногочисленных, накладывались на ручейки и ручьи, стекающихся с холмов. Это сейчас — канализационный коллектор и очистные сооружения… Два десятка лет и более канализационные воды вывозились из накопителей (выгребов) автотранспортом. И не всегда успевали своевременно, и   сотни тонн бытового мусора, втоптанного в склоны и по всей территории заповедной (сейчас) зоны.

В совокупности что имеем – то имеем. Вогулка сегодня – речка, которой почти не видать, упрятанная в бетон и сталь. Руками наших современников и нас с вами.

Прошлое не возвратить. Мое повествование — не ностальгия, скорей всего — приглашение к разговору. Пока мы с природой на «ты», нам далеко до взаимопонимания с ней. Мы, чтобы существовать, что-то постоянно меняем, преобразовываем. И не всегда результаты преобразований согласовываются с желаниями Добра.

Что-то уходит навсегда, почти бесследно. Что-то — как заноза в душах, в памяти, годами будет отдаваться скрытой болью.

«Молчит сурово бор,

Заросший сосняком,

И лестница молчит,

Упавшая на землю.

Молчит ручей соседний,

С просохшим дном.

И даже путник случайный,

Который мог бы поведать,

О судьбе хозяина,

Склонивши голову

Молчит.

И мне сегодня нечего сказать»

Пронзительные стихи Юрия Выллы. Как боль об утраченном. Кто-то говорит — безысходность. Фатальность. Обреченность. Не знаю. Может, просто нужно остановиться и… поднять лестницу?

2012

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Яндекс.Метрика