Крутилась мельница по ветру…

Анатолий Корнеев

Держу в руках скромно изданный фотоальбом «Страницы памяти». Двести страниц с черно-белыми фотографиями. Они возвращают меня в тридцатые годы прошлого века, когда по стране прокатилась волна политических репрессий, и миллионы ни в чем не повинных людей оказались в жерновах жестокой и немилосердной мельницы…

Они выжили!

Крутилась мельница по ветру,

Судьбу мололи жернова,

И раскидало нас по свету,

Как разлетается листва…

Эти строки написал Дмитрий Навильников — внук репрессированного в те страшные годы Александра Дмитриевича Зайкова. Внука и деда разделяет почти столетие, но как точно он чувствует нерв тех далеких и непонятных для многих наших современников лет…

Остяко-Вогульский национальный округ (так поначалу назывался наш автономный округ) в тридцатые годы прошлого столетия стал местом поселения репрессированных. Как отмечается во вступительной статье фотоальбома со ссылкой на данные Госархива Югры, в Березовском, Кондинском, Самаровском, Сургутском, Микояновском районах были 68 так называемых спецпоселений, предназначенных для проживания лиц, лишенных всех гражданских прав. В 1933 году в этих поселках проживали более семидесяти тысяч спецпереселенцев, к которым с 1934 по 1937 годы добавилось еще более пятидесяти восьми тысяч человек… Впрочем, проживали – глагол, наверное, здесь неуместен. Выживали. Так будет точнее.

Но они выжили! Не озлобились, не потеряли совесть, честь и достоинство. Смотрю на лица этих людей, запечатленные в разное время, и осознаю, что им пришлось пережить, через какие тяготы, унижения и оскорбления они прошли и остались людьми. Какими цельными, мужественными, стойкими и верящими в «светлое будущее» они были! И нам, не прошедшим подобный ад, не прокрученным через «мясорубку репрессий», нужно помнить о том времени и всех тех, кто его пережил. Они достойны этого.

В память о жестоком времени

С автором фотоальбома «Страницы памяти» Юрием Кузьмичом Шагутом мы знакомы уже несколько десятилетий. Мне он всегда казался человеком внутренне свободным, мыслящим нестандартно и зачастую даже парадоксально. А в оценках происходящего в нашей стране во многом мы с ним даже расходимся, но это не мешает нам уважать друг друга.

— Идея сохранить и донести до земляков память о жестоком времени репрессий в отношении собственного народа жила в душе давно и вот сложилась в одно целое. Обратился в Государственный архив Югры, в Музей Природы и Человека, в Совет ветеранов да и просто к знакомым, созванивался, договаривался, встречался и год собирал материалы. Люди сами несли разные справки, документы, фотографии… Сколько историй я наслушался — ни одна бумага не выдержит столько горя, столько слез…

Юрий Кузьмич замолчал, его взгляд будто устремился в прошлое. Семью Шагутов тоже не обошла стороной  трагическая участь. Его дед Степан Васильевич Шагут был арестован, сослан в Куйбышев, но во время этапирования сгинул бесследно в застенках НКВД. После многочисленных запросов Юрий Кузьмич пришел к выводу, что деда расстреляли в городе Луцке. Бабушка Агафья Филипповна сослана с конфискацией имущества на спецпоселение в деревню Усалка Ярковского района, а в конце 1941 года этапирована с сыном Кузьмой в д. Белогорье Самаровского района. В Белогорье и вырос отец Юрия Кузьмича – легендарный Кузьма Степанович Шагут, пройдя путь от рыбака, звеньевого, бригадира рыбодобычи до председателя колхоза «Заря новой жизни», а в 1964 году  его назначили директором ОМК. Именно здесь расцвел, как говорится, его талант организатора и руководителя. А несколько лет назад в пригородном поселке ОМК в память об этом очень хорошем и душевном человеке, действительно легендарном руководителе Овоще-молочного комбината его именем назвали новую улицу…

Всегда в центре событий

— А на твоей биографии как-то отразилось прошлое? – спросил я, прерывая затянувшуюся паузу в нашем разговоре.

— Я окончил Ханты-Мансийское педучилище и был направлен в школу поселка Ягодное Кондинского района. Работал учителем, но хотел быть юристом и подал документы в Тюменский университет, заочно — на юридический факультет. Но в приемной комиссии мне сразу сказали – даже не пытайся поступать ни на юридический, ни на исторический. Ты из семьи репрессированных, не забывай об этом. Тогда я поступил на факультет географии. Семь лет работал в школе и учился заочно. А в 1976 году меня неожиданно «потянули» в райком партии и я перешел на работу в качестве инструктора, а потом и завотдела пропаганды и агитации райкома. Кстати, юридический факультет ТГУ я все-таки окончил из принципа.

В конце восьмидесятых пришла перестройка, потом первые демократические выборы в Советы народных депутатов, и я был избран народным депутатом окрсовета. Вот время было! Я был избран в Малый совет и оказался в самом эпицентре политических событий. Мы тогда утвердили герб и официальный вымпел (так тогда называли флаг региона) Югры. Какие дискуссии были тогда! К примеру, при голосовании о выходе округа из состава Тюменской области нам не хватило всего десяти голосов. А какие страсти пылали, когда свердловчане затеяли бузу с образованием Уральской республики и хотели присоединить к себе часть западных территорий нашего округа! А еще именно в те годы на выездном заседании Малого совета в Сургуте было принято, на мой взгляд, историческое решение об организации работы по созданию в округе высшей школы – университетов в Сургуте и в Ханты-Мансийске.

— В родной город ты вернулся, насколько я помню, в середине девяностых.

— В 1996 году позвонили из округа – приезжай создавать Народный дом, впереди выборы Президента и нужно организовать агитацию. Ну что, надо – значит надо. У меня даже грамота почетная есть за подписью Ельцина с благодарностью. А работал я юристом в Ханты-Мансийском институте природы Севера, помнишь, был такой? В 2001 году меня избрали депутатом Думы города. Два созыва отработал.

— Есть что вспомнить?

— Конечно! Тогда в Ханты-Мансийск пришло время бурной перестройки самого города. И вместе с депутатами того созыва я снова оказался в центре событий. Мы добились строительства школы номер шесть в ЦРМ. Были те, кто сомневался в целесообразности ее строительства, но помог наш земляк, заместитель Губернатора Владимир Перевалов, он просто внес в бюджет округа строку о финансировании этой стройки. Тогда началось строительство первых зданий комплекса ЮГУ, объездной дороги вокруг Ханты-Мансийска, расширение дороги на ОМК и на Учхоз и организация регулярного движения общественного транспорта…

От себя замечу, Юрия Кузьмича всегда отличало наличие личной позиции по любому вопросу, и мы часто сталкивались с ним в дискуссиях по острым проблемам жизни и решений властей российского, регионального и муниципального уровней, но никогда не чувствовали себя воинствующими антиподами.

В нем какой-то особый стержень, особая закваска, особый взгляд на то, что есть правда. Пятого мая нынешнего года Юрию Кузьмичу исполнится семьдесят. Выросли и стали достойными гражданами трое детей, подрастают и шестеро внуков. А он все такой же – энергичный и неравнодушный, оптимист, верящий, что справедливость все равно восторжествует.

— В это верили мои дед и бабушка. Верили в это отец и мама. Верю и я. Наверное, потому и хочу донести до людей простую мысль – без памяти о прошлом, какое бы оно ни было, будущего может и не случиться…

И еще четыре строчки из стихотворения Дмитрия Навильникова:

Не всех могу обнять я очно,

Да не в обнимках суть любви.

В душе любовь засела прочно,

Как ген, как код, как род крови!

Юрий Шагут: «Уважаемые земляки, у меня уже набралось более шестидесяти страниц для издания второй части фотоальбома, и я готов продолжить эту работу. Звоните: 8-902-814-0256»

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Мысль на тему “Крутилась мельница по ветру…”

Яндекс.Метрика