Елена Шивакова
Победу в Великой Отечественной войне моя мама встретила шестилетней девочкой. Она почти ничего не рассказывала о своем детстве, проведенном на суровом севере – в поселках Аксарка и Ямбура Ямало-Ненецкого автономного округа. И только в конце жизни мама передала мне рукописи с описанием своих детских воспоминаний. Именно эти рукописи с её карандашными иллюстрациями легли в основу рассказа о жизни простых рыбаков тюменского севера во время войны и их вкладе в общую победу над фашизмом.
«Отец мой не был на войне,
Он был работник тыла.
«Все для Победы!» для него —
«Поймать побольше рыбы!»
Н.В. Киселева (дочь Виталия Андреевича Киселёва).
«Рыбка, кормилица, спасительница…» — так любовно и уважительно относились к хорошей благородной рыбе в моей семье. Главным блюдом на любом праздничном столе был пирог с рыбой. И ели его по-особому: бабушка бережно вскрывала верхнюю, пропитанную маслом корочку, и из вскрытого пирога исходил на нас вкуснейший аромат пропечённой рыбы. Рыба лежала в пироге целиком. Бабушка аккуратно разрезала ее на порционные кусочки и раскладывала на тарелки. Ели рыбу только руками, аккуратно освобождая от костей. А после каждому доставалась самая ароматная, пропитанная рыбным жиром нижняя корочка пирога. Вкусней блюда мы не едали, разве что только семейный торт «Шапка Мономаха», но это уже совсем другой вкус и другие праздники…
Никогда никто в нашей семье не рыбачил с помощью удочки, ведь рыбалка – не забава, а тяжелый настойчивый труд, дававший пропитание для семьи и уважение со стороны окружающих. А великая река Обь дарила еще и ощущение свободы для спецпоселенцев, в одной из семей которых в мае 1939 года родилась девочка. В память о некогда большой семье отец назвал дочку Валентиной. Так появилась на свет моя мама – Киселева Валентина Витальевна. Именно мама и сохранила для нас воспоминания о герое нашей семьи рыбаке Киселёве Виталии Андреевиче.
Тяжело далась первая рыбка моему деду Киселёву Виталию Андреевичу, попавшему в результате раскулачивания его семьи в поселок Аксарка. Его путь переселенца начался от родной деревни Нялино Ханты-Мансийского округа, откуда его дед Федор Васильевич Киселёв, мать Агния Константиновна и пятеро сестер и братьев были выселены в 1929 году. В апреле 1930 года семья оказалась в деревне Алымка Нахрачинского сельского Совета, в 1931 году — в Обдорске (Салехарде). 1934 году умерла мама Виталия Андреевича – Агния Константиновна. В этом же году оставшиеся члены семьи были перевезены в Аксарку. Старшие братья взяли на себя заботу о семье. В дневнике моей мамы так описывается этот период из жизни семьи:
«Мы рыбаки, вот наша лодка и сети есть
Теперь у нас есть всё, чтоб прокормить семью.
Так мы попали в Аксарку
Увидели все нашу новую бударку
Доверили нам рыбу добывать
И стали деньги выдавать.
Свободны мы были на воде
И позабыли о беде.
Нас даже стали уважать,
Во многом стали доверять»
В 1937 году Виталий Андреевич Киселёв встретил свою будущую жену – Надежду Николаевну Абрамову, приехавшую в Аксарку из Омской области. Поскольку Виталий Андреевич был из категории спецпереселенцев, брак между молодыми людьми не регистрировали, и в свидетельстве о рождении моей мамы Валентины Витальевны оба родителя записаны под своими фамилиями: мать – Абрамова, отец – Киселев (только в 1947 году брак был зарегистрирован).
Будучи маленьким ребенком, моя мама жила в атмосфере любви, заботы, уважения, не смотря на тяжелейшие условия быта и труда своих родителей, вместе с ними ощущала радость от щедрости северной природы, уверенность и спокойствие во время лова рыбы, уважение к труду окружающих людей.
Вскоре семья переехала в соседний поселок Ямбура. Отец – Виталий Андреевич – ловил рыбу на песке «Быстрый». Поездки туда на лодке с мамой оставили чудесные детские воспоминания у Валентины: в жаркие дни там можно было купаться, бегать босыми ножками по песчаной отмели, играть в прятки между бударками и вешалами. Рыбацкие сети свешивались с вешалов и воспринимались детскими глазами как самое изысканное украшение речного берега.
Но такие безмятежные деньки отдыха даже у ребенка бывали редко. Часто Валентина вместе с отцом участвовала в самом настоящем лове рыбы.
«Лодка движется, а на корме кормщик выбрасывает сеть в реку, потом лодка стоит какое-то время, пока рыба наберется в сеть. А потом начинают ее выбирать – выбрасывать постепенно в лодку. Погода на реке часто изменяет рыбаку: тихая сменяется ветреной, бьет волна, лодку качает, бросает из стороны в сторону. Нужно спокойствие, хладнокровие, мудрость, терпение, никаких слов, все понимают друг друга по взглядам. И наконец-то сети в лодке, рыба на дне лодки, можно возвращаться домой.
Однажды мы возвращались в поселок Ямбура с рыболовецкого песка «Быстрый». С нами ехали еще другие взрослые люди – человек десять всего, на корме сидел отец. Начался шторм, лодку нашу стала поднимать волной и опускать вниз, но вода не успела залить лодку, отец направлял ее так, что она снова поднималась. Было очень страшно, но я и сейчас вижу спокойного отца, он крепко держал весло, понимая, что зависит от него, был спокоен и тайной улыбкой говорил: «Выйдем, я справлюсь, только гребите!». Отец владел искусством жить, он так любил жизнь, у него все получалось, ведь в то время не было даже моторных лодок на севере, все держалось на силе человеческих рук, на согласии между людьми, на их взаимопонимании, на доброжелательном отношении между людьми.»
Удивительная мудрость рано повзрослевшего ребенка позволила моей маме в течение всей жизни сохранить детские чувства справедливости и доверия к людям. Спустя десятилетия она написала в своем дневнике: «У нас на севере никто не тянул к себе, некого было уличить в том, что кто-то что-то присвоил. Каждый садился в свою лодку, у каждого была своя сеть: выезжай на Обь и бросай сети в воду. Если не устал, можешь и два раза выехать на лов. А если ветер поднимется, не струсишь – можешь снова ехать. Больше добудешь рыбы».
Конечно, маленькая девочка не знала таких слов как план, норма вылова, но ребенок воспринимал мир глазами семьи и впитывал в себя ценности, хранимые родителями.
Виталий Андреевич Киселев был как раз таким умелым рыбаком, способным выехать на рыбалку в самую непогоду, успевающим еще и сена накосить для коровы, на охоту сходить, найти ягодные места. А таких мест в Ямбуре было очень много, не зря в переводе с ненецкого языка ямбура – «крупная кочка в сыром месте, где растет особенно много морошки».
«В округе было много островков с морошкой, о которых прекрасно знал отец-охотник. Вот к таким местам на лодке мама, папа и я ездили через камыши. Едешь и слышишь: «ш-ш-ш» – это камыш раздвигается лодочкой. Зимой отец ловил песцов, лис, зайцев, осенью – уток. Целую лодку настреливал. В доме в Ямбуре на стене за занавеской висели шкуры песцов, лисы. А на крыше одно время на потолке жили песцы, чтобы шкурка у них стала светлее».
В силу своего возраста Валентина старалась наполнить окружающий белый от снега мир яркими красками. Одно из таких ярких воспоминаний – катание на оленьей упряжке: «Во время каслания ханты и ненцы часто бывали в Ямбуре. В поселок заезжал огромный караван из упряжек, оленей в котором было видимо-невидимо. На первой нарте сидел хант или ненец, крепко державший в руках хорей. Он просто завораживал детей своим могуществом: едва заметный взмах хореем – и олени послушно ускоряли ход. Озорные ребятишки садились в последнюю нарту и затаив дыхание мчались вместе с караваном. Главное – нужно было вовремя спрыгнуть в снег, иначе олени увезут тебя в необъятную тундру».
Зима была очень долгой. Ребятишки с таким нетерпением ждали лета, что ходили проверять, насколько еще крепкий лед на реке. Однажды, лед неожиданно оказался уже хрупким, и Валентина провалилась в воду. К счастью, смогла выползти на лед, но идти домой было страшно из-за того, что испортила новую фуфайку, только что сшитую мамой. Однако желания ждать весну это нисколько не убавило.
Доказательством того, что вода оттаяла, становился характерный стук по стене дома, в котором жила семья девочки. Это лодки начинали стукаться носами в стену дома – так близко подходила вода. Если зимой на прорубь за водой родители ездили на собачьей упряжке, то с наступлением весны главным транспортом становились лодки: в магазин, к соседям в гости и даже на покос сена можно было добраться только на лодках.
С 1942 года начался призыв в армию трудпоселенцев. Отца Валентины Виталия Андреевича пять раз забирали на пункт сбора, но каждый раз он возвращался домой к работе. И не зря – неоднократно Виталий Андреевич перевыполнял план по заготовке рыбы, за что был награжден ценнейшим подарком – патефоном с пластинками (Виталий Андреевич был отменным певцом – его песни и пляски во время самодеятельных концертов навсегда сохранились в памяти дочери).
Закончилась война. В семье деда родились еще две дочки – Нина и Людмила. 14 августа 1950 года Виталия Андреевича перевели в Микояновский завод (переименованный в дальнейшем в Октябрьский), разрешили переехать в поселок Октябрьский, но с учета в спецкомендатуре не сняли. И все же трудовые заслуги деда в годы войны не остались незамеченными. В 1954 году за высокие показатели в работе, за неоднократное перевыполнение плана по заготовке рыбы Киселёв Виталий Андреевич был награжден орденом Ленина (Указом Президиума Верховного совета СССР от 18 января 1954 года).
Надежда Николаевна – супруга Виталия Андреевича всю войну работала вместе с мужем: потрошила и солила рыбу, вместе с дочерью Валентиной выезжала на лов рыбы, шила фуфайки, рукавицы, белье – все это отправлялось на фронт. Удивительно, но именно мама Валентины повторяла девочке слова, ставшие главными принципами всей её жизни: «Никогда не опускайся на колени! Никогда не говори, что ты устала!». Именно такой прочный внутренний стержень и позволил родителям Валентины не просто выжить в условиях военного севера, но и сохранить любовь и преданность друг другу, завоевать уважение и доверие со стороны окружающих людей. День рыбака навсегда остался профессиональным семейным праздником, а благородная рыбка в виде привязанного к лодке осетра стала символом жизни в семье маленькой девочки Вали и ее родителей Надежды Николаевны и Виталия Андреевича Киселёвых.
«Жить – постигать и лишенья и беды –
Это познали отцы наши, деды.
Радость сквозь слезы им улыбалась.
Как нелегко им всё в жизни давалось!»
Р.S.
Несколько лет назад в Аксарке на берегу Оби установлен памятник переселенцам, насильственно вырванным со своим мест и вдохнувшим новую жизнь в этот край. Огромная благодарность тем, кто создал этот образ тружеников и героев освоения нашего севера. Надпись на памятнике: «Здесь было мало виноватых. Здесь было больше – без вины». Вечная память тем женщинам, мужчинам и детям, кто свои судьбы сплели с судьбой страны и сохранили свою человечность.
