ХАНТЫ-МАНСИЙСКИЙ ВАЛЬС
Там, где Иртыш обнимается с Обью,
Синий туман над тайгою висит,
Кедры глядят на тебя исподлобья,
Маленький город Ханты-Мансийск.
Северный, солнцем едва обогретый,
Край серебристых полуночных зорь,
Машешь ты вслед уходящему лету
Рек рукавами, платками озер.
Может, с тобой я встречусь не скоро,
Может, совсем не увижусь с тобой,
Ханты-Мансийск — удивительный город,
Маленький город с большою судьбой.
Может, не ты будешь ночью мне сниться,
Есть городов ведь немало других,
Но не забыть твоих кедров ресницы
И деревянных твоих мостовых.
Там, где Иртыш обнимается с Обью,
Синий туман над тайгою висит,
Кедры глядят на тебя исподлобья,
Маленький город Ханты-Мансийск.
Инна Тихомирова, студентка Московского государственного университета
20.7.1965
ОСТЯКО-ВОГУЛЬСК
На дальнем севере среди кедров огромных, рек
Где лучшие сыны гноились в ссылке,
Здесь появился новый человек.
Где раньше филин ухал лишь ночами
Да изредка ходил «хозяин» сам медведь
Там стройка, застучали топорами,
Пила запела пятилетки песнь.
Среди огромнейших завалов сухостоя,
Среди не вырытых громадных пней,
Советский город вырос новый
И он зальется тысячью огней!..
Где знал вогул, остяк одну лишь плеть, нагайку,
А вместо грамоты проклятое вино
Там выросли и школы и читальни
И в техникум своих сынов вогул послал давно.
Октябрь открыл возможности для края,
Другие чем были до Октября.
Здесь строят новые заводы
И школы создают незря
Дать технику и знания остяку, вогулу
Обязанность рабочих СССР
Они вступили в стройку правомочно
Как равные, как братья нам теперь.
Юрий Левандовский
7.11.1932
БЕРЕЗКИ
Ваш город
Маленький, неброский,
Но сердце радуя
И взгляд,
Ханты-мансийские березки
На каждой улице стоят.
А в небе —
Белые полоски,
И реактивный ходит гром.
Ханты-мансийские березки,
О чем шумите вы,
О чем?
В ветвях —
Былого отголоски,
И отголоски
Наших дней.
Ханты-Мансийские березки
Похожи чем-то
На людей:
Пусть налетает ветер хлесткий,
Пытаясь вырвать из земли.
Ханты-мансийские березки
К земле нелегкой
Приросли.
И лето пусть еще в наброске,
И хладь еще
На Иртыше,
Ханты-мансийские березки
И без листвы мне по душе
В Москве,
Ростове
И Свердловске —
На перекрестках дальних трасс,
Когда придет студеный час
Ханты-мансийские березки,
Наверняка я вспомню вас,
Лев Сорокин
28 мая 1985 года
СИБИРЬ — ЧУДЕСНАЯ СТОРОНКА
Ханты-Мансийск — таежный город,
Склонясь, бежит бегом к реке,
Спокойный, он особо дорог,
Когда ты снова вдалеке. —
Сторонки — левая и правая,
И Обь, и волны Иртыша,
Гирлянда искр огней Самарова
Морозной ночью хороша.
Не помнит ханты жизнь печальной,
В тайге голодное житье.
Он строит новый город дальний,
Проводит планов громадье.
Окрисполком огнями светится,
За окнами тепло, уют.
По планам, партией начертанным,
Встают Урай, Надым, Сургут.
Там, где медведи раньше жили, —
Стук, говор голосов живых.
Вновь новый город заложили,
Построив вышки буровых.
Поют девчата озорные
О крае плесов и озер:
«Ханты-Мансийск — любимый город,
Чудесный, как тайги простор».
Сибирь — богатая невеста,
Как чудо — песня хороша,
Ну где еще найдешь ты место
Милей Оби и Иртыша!
Т. Быкова
31.1.1972
НА ДРЕВНЕМ ХОЛМЕ
Древний самаровский холм.
Сколько преданий о нем
Старые кедры хранят!
Глухо их кроны шумят…
Люди раздвинули лес,
Чтобы под синью небес
Ханты-Мансийск заложить,
Новою жизнью зажить,
Чтобы тайгу покорить,
Клады природы открыть,
Взять все богатства земли —
Люди за этим пришли.
Помолодел древний холм,
Новою жизнью пленен.
Россыпью ярких огней
Город встречает друзей.
Г. Русаков, географ из Свердловска
25.7.1965
ПЕСНЯ ВЫПУСКНИКОВ
На Самаровской горе, на бугре,
Мы стояли поутру на заре,
Песни пели мы, ребята,
Наш отчаянный десятый,
И давали клятву на заре:
Город мой северный, город родной!
В сердце я буду носить
Все, что ты дал мне для жизни большой,
Город мой Ханты-Мансийск.
Тихо. Улицы зеленые спят.
Только трубы комбината дымят.
Да вдали по Иртышу теплоход
Зорьке утренней навстречу плывет,
И тихонько ветер песню несет:
Город мой северный, город родной!
В сердце я буду носить
Все, что ты дал мне для жизни большой,
Город мой Ханты-Мансийск.
Пролетели, словно птицы, года,
И опять я на горе, как тогда,
Распахнуть бы руки-крылья
И обнять бы город милый!
Слышишь: вновь я шепчу, как тогда:
Город мой северный, город родной!
В сердце я буду носить
Все, что ты дал мне для жизни большой.
Город мой Ханты-Мансийск.
Много в жизни есть широких путей,
Много встретится хороших друзей!
Пусть гордится вами ваш выпускной,
Ваша школа и город родной…
А пока… с друзьями вместе пропой:
Город мой северный, город родной!
В сердце я буду носить
Все, что ты дал мне
для жизни большой.
Город мой Ханты-Мансийск.
Э. Лесная, бывшая выпускница Ханты-Мансийской средней школы
20.6.1965
ПОЧТОВЫЙ РЕЙС
Счастливо, сердце, бейся.
Зарей сияет высь.
Лечу почтовым рейсом
Тюмень — Ханты-Мансийск.
Три пассажира рядом.
Мне с ними по пути;
С землей простившись взглядом,
Над облаком идти.
Как белые барашки,
Навстречу — облака.
— Как, девочка, не страшно?..
— Немножечко… Пока…
Нам хорошо летится.
Услужлив экипаж.
Газетные страницы —
Бесценный наш багаж.
Здесь типографской краской
Пропах весь небосвод.
А город в зорях ясных,
Как счастья, почту ждет…
Снижаемся…
Открыт нам
Весь город — без конца…
Ханты-Мансийск, магнитом
Ты притянул сердца!
Ефим Липович
17.8.1966
ФИКУС
С оседлой жизнью, видно, я не свыкнусь,
От счастьица тошнит. Невмоготу…
…А вам случалось видеть старый фикус
В Ханты-Мансийском аэропорту?
Среди тяжелых темно-красных стульев,
У стекол, что мороз разрисовал,
Стоит он, ствол простуженный ссутулив,
И не спешит один на весь вокзал.
Над взлетной полосой не слышно гула.
В сердцах швыряют в угол рюкзаки
Геодезисты да буровики,
Чьи планы вновь пурга перечеркнула
И я не раз, на стуле прикорнув,
Ждала, когда взметнется гул знакомый,
И, как моторки узкую корму,
Лизали память волны полудремы.
И ласково склонялись надо мной
Блестящих листьев длинные овалы…
И комната забытая вставала
С оклеенной обоями стеной.
Там, в круглой кадке, фикус-великан
Рос у окошка низкого когда-то.
Ему, бедняге, было тесновато:
Макушкой доставал до потолка!
Сидела мама заполночь всегда
Над стопкой ученических тетрадей.
И в кадку из-под фикуса, не глядя,
Порой точила красный карандаш…
От лампы со стеклом семилинейным
Дрожал на потолке широкий круг…
Очнусь — вокзал… Ребята спят вокруг.
А на душе спокойней и теплее.
Е. Ермак, Октябрьский район
5.3.1986
ОСТЯКО-ВОГУЛЬСК
На Севере снежном Иртыш многоводный
В широкую Обь свои воды струит…
В том крае сердитом, далеком, холодном
Большой прииртышский поселок стоит.
Там жалобно кедры и пихты роптали.
Медведи бродили во мраке лесном,
Да хищные птицы порой пролетали,
И странно и дико все было кругом.
Сейчас на том месте, раскинув красиво
Постройки свои под таежной горой,
Стоит и глядит на Иртыш горделиво
Остяко-Вогульск — дивный центр окружной.
Там хантэ и манси, зыряне, селькупы
Культурно проводят счастливые дни:
В школах, театрах и клубах просторных
Они проявляют таланты свои.
Счастье свое и родную культуру,
Работая дружно, они создают
За лучшую в мире заботу о людях
Спасибо великому Сталину шлют.
Л. Дюндик
1939
