Н. Шабаршина
Ванзеват расположен на реке Обь, ему уже больше ста лет. Раньше он назывался Санхум оланг (в переводе на русский язык: Конец большого яра).
Существует легенда о том, как появились названия деревень. Плыло по Оби чудовище, полурыба-получеловек (что-то вроде русалки, только мужского рода). Плыло под водой, но у каждой деревни всплывало и произносило слово — оно и становилось названием деревни. Вот эти слова.
Санхум оланг — Конец яра.
Сумат нюл — Березовый мыс.
Хур кутуп — Прямой плес.
Уве хур кутуп корт — Северная деревня посреди прямого плеса.
Ван муви корт — На коротком повороте.
Вотьма корт — На речке Вотьма.
Лаксым корт — На речке Лаксым.
Вон лунг корт — Большие летние юрты.
Лор паты корт — В тупике сора.
Пуслов корт — В устье протоки.
Местные жители летом жили в берестяных чумах, а зимой — в теплых чумах из двойных оленьих шкур. Приезжали купцы, привозили продукты, обменивали на пушнину, рыбу. На Юрьевской протоке жил один местный купец, имел магазинчик — ездили туда за продуктами.
До 1953 г. в Ванзевате жило всего несколько семей, но после объединения колхозов — самутнельского им. Ворошилова, соусланского им. Рознина и ванзеватского им. Сталина — все съехались сюда.
Наиболее распространенная фамилия в деревне — Молдановы, они приплыли с Казыма. Есть Кондины, Юрьевы, Явровы, Батькины, Исфантьевы (из Соуслан), Юмины, Дыбины, Самарины (из Самутнелей), Тарлины (из Пугор), Новьюховы (из Тег), Яркины (из Нарыкар), Гындышевы (из Войтехово), Русмиленко (из Казым-Мыса Шурышкарского района).
Чем занимались колхозники? С 30-х годов и по 1968 работал рыбоучасток. Рыбы добывали очень много, вывозили ее в Березово, в Омск. Были свои сетепосадочная и бондарная мастерские. С 1944 по 1958 год на участке работали ссыльные калмыки (Бамбушевы, Кукеевы, Халтыровы, Ковалдановы, Ходжаевы, Лозановы, Яшкуловы), узбеки, евреи, татары, украинцы, молдаване, немцы.
Кроме рыбодобычи, колхоз занимался оленеводством, в 40-60-е годы имели от 800 до 1000 голов. Разводили черно-бурых лисиц, но в 70-е годы ферму ликвидировали. Изготавливали кирпич-сырец.
Тяжелыми были годы войны. Хлеба получали по карточкам 200 граммов на детей и 500 — на взрослых. Рыбу почти всю сдавали государству для фронта. Многие в деревне умерли от кори, в некоторых домах бывало по три покойника враз. Недоедая, недосыпая, без выходных и отпусков, от зари до зари трудились женщины и дети на рыбалке, сенокосе, лесозаготовках. Стрежевым ловом занимались Молданова Нина Семеновна, Молданова Марфа Ефремовна, Кондина Мария Ивановна, Молдановы Ульяна и Евгения Константиновны, Новьюхова Ольга Васильевна и другие девчата, которым в ту пору было по 12-15 лет. В послевоенные годы молоденьких девчонок отправляли в Нягань, в леспромхоз. «Ходили оттуда домой пешком, шли девять дней, простывали, не хватало продуктов», — вспоминает Нина Кирилловна Молданова. С нею работали Тамара Андреевна Тарлина, Ольга Ивановна Кондина.
Хоть и далеко была наша деревня от линии фронта, но нет в ней семьи, которую бы не опалила война. 47 однополчан ушло на фронт, лишь 18 вернулось, на сегодняшний день из них никого не осталось в живых.
Хочется сказать не только о тех, кто трудился на производстве, но и о местной интеллигенции. Добрую память оставили о себе первые учителя Ванзевата Григорий Афанасьевич Лазарев,
Евдокия Васильевна Чугина, Валентина Павловна Смердева и пришедшие им на смену Евдокия Андреевна Немысова, Александра Николаевна Третьякова (Канева), Виктор Константинович и Лидия Николаевна Чекушкины, Геннадий Яковлевич и Татьяна Григорьевна Ледковы и другие, первые библиотекари Валентин Викторович Филиппов и Зоя Ивановна Лукичева. Гордятся ванзеватцы своим недавно умершим земляком Артемом Григорьевичем Гришкиным — талантливым музыкантом, художником, мастером резьбы по дереву. Хранят народную память, много сказок и легенд знают и рассказывают Герасим Никитич и Алексей Ефремович Молдановы, Матрена Егоровна Яркина, Евгения Петровна Дыбина.
2001 год
