Из Березова

Н. П-ровский

Давно уже ни слуху, ни духу не было из Березова. Да, то служебные, то домашние обстоятельства не позволяли поведать что-либо. Да и что писать из Березова? Наша общественная жизнь идет так однообразно, что ничего особенного не выдается, что бы можно было отметить.

В настоящее время город наш опустел: купцы и вообще люд торгующий (большая часть) отправились в Ирбит, ясак положен, наплыва инородцев нет, масленица проходит тихо, и кабаки, коих в Березове 10, кроме складов, в настоящее время торгуют плохо. Словом, ярмарки окончились, суета прошла.

Обдорская ярмарка прошла тоже незаметно, хотя началась раньше и длилась гораздо более, нежели в прошлом году. Торговля шла тихо, как продавали, так и покупали мало. Причиной тому был летний падеж оленей у инородцев. На пространстве от левого берега р. Войкара и до Карского моря пало более 50 тыс. оленного скота. Низовые самоеды остались окончательно без оленя. Промышлять были не в состоянии, не имея на чем выехать, отчего и ловля зверя была незначительная, хотя последнего, как говорят, и было много. В Обдорск многие из самоедов не явились.

Товаров, привезенных русскими и зырянами на Обдорскую ярмарку, было на 38266 р. 80 к. Из них продано (на наличные деньги) на 8424 р. 20 к., отдано в долг на 5196 р. 59 к. и обменено на шкуры на сумму 8671 р. 30 к. Из этих товаров инородцами по преимуществу покупалась, разумеется, мука ржаная и печеный хлеб. Пуд муки стоил 70 к. с[еребром], а хлеба пуд 90 к. с.

Товары, составляющие предметы роскоши для инородцев, шли плохо. Бедность инородцев от потери скота мешала им приобрести что-либо сверх необходимого. Из пушных товаров, привезенных инородцами на Обдорскую ярмарку, было: лисиц разного рода 130 шт., проданных на 1400 р., песца толстого 2500, проданного на 2125 р., и крестоватика 3080 — на 1510, синяка 520 шт. на 312 р., недопеска 140 шт. на 84 р., лап песцовых 28 т[ысяч] на 840 р., оленьих шкур продано примерно на 5500 р. Далее из более ценных товаров жиру ворвани продано на 1036 р., клею на 1944 р. Всех товаров, привезенных инородцами, продано на 17982 р.

Вначале, как я сказал, ярмарка шла вяло. Торговали вообще все плохо, и только под конец ярмарка расшевелилась, и инородцы имели возможность достать лишнюю копейку.

Курьезный случай вышел. Чтобы повести рассказ, сделаю небольшое отступление. Возвращаясь из Обдорска, где был по делам службы, в селении Мужи я слыхал, что приехали сюда же в Мужи и едут в Обдорск некие господа в количестве 4-х чел[овек], якобы купцы казанские за покупкою пушных зверей. Из любопытства я послал узнать, кто эти господа приезжие. Сказывают мне, что действительно называют себя купцами. «Ну, — думаю, — ярмарка, авось, оживится. Купцы едут с деньгами, не за долги будут брать у инородцев, как наши туземные титаны. Инородцы приобретут малую толику. Все лучше, чем ничего».

Нужно заметить, что перед приездом quasi-купцов проездом же в Обдорск был в Мужах казак, посланный нарочным от земского суда. Узнав также, что едут в Обдорск какие-то казанские купцы, он, прибывши раньше в Обдорск, распространил, что вот едут-де купцы казанские покупать звери сибирские; люди богатые, едут хорошо, прогоны платят — не торгуются, спешат, точно погоня за ними.

Поднялся гвалт в Обдорске! Ярмарка закипела. Купцы-туземцы, торгаши казаки и крестьяне носы повесили. И так песца и вообще зверя покупают подороже прежнего, а тут еще едут люди незнакомые, возвысят цену — плохо! Давай скорей рассчитываться с инородцами не за долг, а на наличные деньги. Цена на пушного зверя несколько поднялась, потому что наперерыв старались купцы приобрести что-либо побольше и лучше. Торг пошел хороший! Песец поднялся от 80 до 90 к., а в ясаке продался более 1 р. с.

Вот утром прекрасного дня приезжают незваные гости купцы казанские. Туземцы-инородцы и больше того русские шлют посла за послом узнать, что за купцы приехали, что покупают и как покупать будут. Гости говорят, что теперь им не время, а вот оглядятся, тогда и приступят к делу, но во всяком случае закупать будут большими партиями. И вот потянулись к квартире их чуть не обозы и с неплюями, и с постелями, и с пешками, и пр. (к туземцам уже нейдут, а те порют горячку, спешат скорей покупать, как сказал, на наличные деньги и дороже друг перед другом). Гости ничего не говорят, но и не отказываются от покупки.

Но к вечеру комедия разыгралась. Явились гости к местному начальству и предъявили свои виды. Оказалось, что quasi-купцы — фокусники-промышленники! Приехали на Обдорскую ярмарку показать свои искусства, полагая, что ярмарка Обдорская — то же, что и прочие ярмарки России: Ирбитская, Нижегородская и проч. Рассказывают, что их обманули где-то в России, сказав, что в Обдорске можно зашибить копейку их ремеслом, а те, не зная, что за край в Обдорске, поверили и решились ехать.

Как ни пуст, хотя и комичен сам по себе рассказанный мною случай, но он выказывает по своему влиянию на ярмарку торговые отношения наших купцов к инородцам. Без большой конкуренции наши купцы покупают товар у инородца за что им вздумалось, а в особенности если инородец чем-либо обязан купцу. Задолжал инородец — он вечно в кабале и не выпутается. Что добыл, отдает за бесценок и за долг и опять забирает тоже в долг, надеясь на будущую добычу. А отдача долга производится по условию форменному по преимуществу пушным зверем. Например, я знаю случай такого рода: инородцу в прошлом году понадобились деньги 5 р. с. Он занимает их у одного крестьянина и обязуется ему за время зимнего промысла за эти 5 руб. отдать 3 шкуры собольих.  Инородец весьма честный и отдал бы, наверно, но по недостатку прошлогодних промыслов не мог уплатить всех шкур и отдал только одну, а две остальные обещал заплатить по нынешней зиме и вдобавок несколько белок. А по меньшей мере шкура соболя ценится не менее 5 р. с. Вот характер большей части получения долгов.

Обращусь опять к quasi-купцам. Доставив некоторым образом развлечение тревогой в торговом мире и пользу денежную для инородцев, сами артисты понесли тяжелые убытки. Не имея возможности по местным обстоятельствам открыть свои представления в Обдорске и не получив дозволения позабавить публику на торгу, на открытом воздухе разными карточными фокусами, они должны были ни с чем возвратиться вспять. К счастью, березовское общество, сочувствуя их горю, согласилось помочь им, посмотрев их балаганные фокусы, и тем дали возможность выехать им из Березова с миром.

Зима у нас стоит не так холодная, какую следовало бы ожидать в таком крае. Впрочем, были же морозы на славу. Так, в январе месяце с -15°, бывших 16 ч[исла], термометр упал на -27°, 18 же ч[исла] опять поднялся на 23° и затем 19 ч[исла] -35°, 20 ч[исла] -40° и 21 ч[исла] — 39°… А в Обдорске в эти дни морозы доходили до -50°. Ярмарка тогда прекращалась, на тундре никого не было.

Первые дни января месяца стояли теплые как в Березове, так и в Обдорске. В день Крещения в Березове термометр показывал 0°, на улицах таял снег и была капель. В Обдорске же в это время было -2°, и я слышал, что самоеды рассказывали, что будто бы в этот день утром (на Крещении) слышен был гром в стороне Урала.

Время теплых дней почти постоянно к вечеру сопровождалось ветрами и буранами. По преимуществу дули северный и северо-западный ветры со снегом (вследствие чего, разумеется, термометр понижался, но к утру ветры утихали, погода прояснялась и термометр повышался).

Снегу в здешнем крае в настоящую зиму так много и он так глубок,                                                         что в начале Обдорской ярмарки едва возможно было пробираться на оленях и то шагом. Большее количество снега падало с середины декабря месяца и первые дни до 10 числа января месяца. Падает и теперь, но весьма мало и редко.

П. Тобольские губернские ведомости. 1865. № 11

Местные известия

Березов. Весна 1865 года не предвещала Березову хорошего лета, и действительно оно вышло незавидное; постоянно дувшие ветра, дожди испортили лучшие его месяца; весенняя вода, накопившаяся в довольно большом количестве, начала сбывать с 14 июля по % вершка в сутки, и только к концу августа стали обнажаться луговые места. Травы хороши, и если уборке их не помешают дожди, то березовским жителям представится возможность прокормить имеющийся у них скот. С овощами хлопотали некоторые из жителей, но их совсем не родилось. Лов рыбы скудный, и промысла идут вяло; те рыбопромышленники, которые в изобильные годы солили рыбы более 300 чанов (каждый чан вмещает 1200 штук), при нынешнем улове рыбы приготовили только до 40 чанов; из песков в настоящее лето один только Мелексинский, принадлежавший обществу березовских крестьян и с 1865 г. отданный в аренду тобольскому мещанину Попову, представляет для хозяина некоторую выручку. Цена на свежую рыбу в Березове довольно высока: осетр 3 р. с пуда, сырок 3 к., моксун 25 к. за штуку.

Зато, благодаря попечениям начальника губернии, казенные магазины Березовского края полны хлебом и нет недостатка в частной продаже. Только и скучают березовцы неуловом рыбы, но, испытывающие ежегодно недостатки в жизненных потребностях, они стараются найти утешение в дружественном между собой сближении. Это доброе чувство, поддерживаемое старшими лицами в городе, выразилось прекрасно в два торжественные для России дня 26 и 30 августа; в эти числа по подписке были устроены в общественном доме запросто два танцевальных вечера, на каждом из них собиралось с детьми более 40 чел., подавались чай, десерт, сухая закуска и ужин, состоявший из двух блюд; оба удовольствия обошлись обществу в 39 р. …К вечерам этим приготовлялись вензель Государя Императора и иллюминация из разноцветных фонарей, но не могли быть выполнены по дождливой погоде.

Тобольские губернские ведомости. 1865. № 39

Из Березова

15 сентября в Березове выпал снег. Теперь настает холод. Реки становятся. Водоплавающие птицы, которых бывает здесь так много летом, улетели. Перевесы уже оставлены до будущего лета. Жители начали ловить рыбу другим образом, т.е. оставили сети и невод и перешли к ловле посредством язов и шыги.

Самоедов в Березове не стало. Ничего особенного в Березове. Тишина, спокойствие. Разве только соберутся кое-где поиграть в стуколку, которая здесь кончается обыкновенно пустяками, значит, остыли горячие головы от здешней всеподавляющей атмосферы.

Трудно жить в Березове как простолюдину, так и чиновному классу, все бьются, как рыбы об лед, и все жалуются на этот край. Одни только остяки, по-видимому, довольны своим образом жизни. Между тем, их образ жизни приводит в ужас. Много значит привычка.

Недавно рассказали мне, что когда здесь в начале шестидесятых годов был голод, так многие остяки переносили удивительно мужественно лишения. Они ели одну уху их щучьих костей, которые даже собирали на улице, и делая такого рода похлебку через несколько суток, в остальное время были голодны. Конечно, после такого поста они походили на теней. Зато когда наступала весна и был большой налет птицы, остяки так объедались, что некоторые даже умирали от этого.

Мне самому случилось видеть, как один остяк съел 10 сырых сырков довольно порядочной величины и хлеб, выпил половину штофа вина; вся эта операция продолжалась часа два, причем он выказывал ленивое удовольствие к лакомому кусочку, движения его были вялы, на губах, покрытых рыбьим жиром, была постоянная улыбка, глаза начинали сверкать, когда ему подносили чашку вина, появлявшуюся у него в руках не прежде, как он вытрет свои грязные замасленные руки о свою лохматую, черную, как смоль, голову с длинными косами, связанными концами вместе. Накормивши его досыта и напоивши пьяным, хозяин начал с ним какую-то сделку, но я тут ничего не мог понять, потому что разговор шел на остяцком языке, только мог по лицу хозяина угадывать, что он надувает остяка, так как хозяин во время разговора несколько раз подмигивал сидевшему тут казаку. Верно, слабость взяла свое: пьяный остяк за вино готов отдать все, что имеет. Жалкий этот безответный народ, а удалить зло от него весьма трудно. Остяки имеют большую склонность к вину, как вообще все дикие народы, соприкасающиеся с образованным людом, от которого они всегда с большим убытком для себя достают вино. Остяки и самоеды не только не негодуют на тех, кто им привозит вино в юрты, напротив, они уважают их и называют своими задушевными приятелями.                                                                                   Подпоивши инородца вином, можно рассчитывать на его меха, какие он успел добыть во время зимы. Для подобной аферы какой-нибудь березовский казак, или мещанин, или крестьянин, большей частью казак, взявший с собой вина и разных гнилых сукон красного, зеленого, синего цвета, медных колец и других безделушек, во всяком разе больше вина, купленного частию на себя, частию через своих приятелей (для отвращения всякого подозрения), отправляется в зимнее время на оленях в Ляпинскую, Сосьвинскую или Казымскую волости, а летом на лодке в ближайшие юрты. В тех и других он непременно имеет знакомых остяков-должников, разумеется, давно уплативших долг втрое более. Подгулявши с ними в виде угощения за гостеприимство и заметивши, что остяки опьянели до безрассудства, гость перестает угощать остяков. Они начинают приставать к нему, просить вина. Торгаш соглашается угощать вином только в таком случае, если инородцы согласятся обменяться с ним на товары белкой или лисицей, или какими-нибудь другими мехами. Инородцы начинают стаскивать свои товары, пойдет меновая и на товары, и на вино. Отуманенные парами последнего отдают свои товары за бесценок. Надобно сказать, что дикари эти так привязаны к вину, что пьют его до тех пор, пока не свалятся с ног. На другой день продолжается та же история, и опять пьют от обязательного гостя, который, наконец, видя достаточную прибыль, отдает остальные свои товары в долг, за что берет от инородцев рыболовные пески на лето или нанимает их в работники и, сделавши все формальным образом, пожалуй, засвидетельствовавши условия в инородной управе, отправляется восвояси. Однако такие спекуляции не всегда удачно сходят с рук при бдительности тех лиц, на кого возложена эта обязанность в Березове, иногда подобным спекуляторам приходится законно поплатиться. Впрочем, такого рода аферы еще продолжаются, только весьма осторожно.

Все-таки пока не будет от инородцев устранен порок — пьянство, так глубоко укоренившийся в остяцком народе, до тех пор они будут бедны, дики, грубы, невежественны и необразованы. Все дело состоит в образовании. О распространении его должны заботиться люди, принявшие на себя эту обязанность, но они могут взяться за свое дело только тогда, когда имеют в руках питомцев. Так точно и здешнее училищное начальство не имеет никакой возможности влиять на образование инородцев без посредства других, более соприкасающихся к инородцам начальств. Между тем, в здешнем уездном училище нет ни одного инородца, что, впрочем, ничуть не зависит от здешнего училищного начальства.

Если пришлось сказать здесь два-три слова по поводу образования инородцев, то именно сказано для того, чтобы напомнить об этом жалком, бедном, все тяжкое испытывающем народе, для коего малейшее облегчение судьбы будет для него великим счастьем. Действительно, много затруднений должно встретиться при введении образования между инородцами, но со временем затруднения эти мало-помалу уничтожатся и благотворное дело наконец восторжествует.

Как известно, в Березове с некоторого времени каждогодно бывает бал-базар в пользу здешней женской школы. Это повторилось и ныне, 12 октября текущего года. За всеми расходами было выручено до 30 р. с., кроме пожертвований — каждогодных и одновременных – благотворителей школы. Еще раньше в этом же году предположено было разыграть в лотерею вещи, приготовленные ученицами в продолжении академического года. Лотерея подвигается весьма успешно: из 100 билетов ценою в 1 рубль каждый остаются еще неподписанными очень немного. Денежные средства Березовской женской школы год от году значительно увеличиваются, судя по средствам березовцев, которые, можно сказать, имеют более или менее прогрессивный взгляд на образование, что и доказывается их благотворительностью.

Октября 15 дня в Березове был дан спектакль в пользу женской школы. В спектакле участвовала большая часть здешних молодых людей. Они, несмотря на свои маленькие средства, устраивали свое дело как истые соревнователи просвещения. Не имеем права перечислять их фамилии, но нельзя не отозваться об них с лучшей стороны, хотя бы они вовсе в этом не нуждались. В Березове носятся слухи еще о двух вновь предполагаемых спектаклях. Цель этих последних нам пока неизвестна.

Теперь скажу несколько слов о состоянии атмосферы здешнего края. Ее здешние изменения заставляют немало задумываться. Живя здесь, приходится только удивляться, и чтобы несколько освоиться со здешним краем, надобно много лет прожить в Березове. Здесь, например, весьма нередко бывает, что термометр вдруг с 15° холода понижается до точки замерзания и обратно, как было недавно. Причину такой быстрой перемены следует отнести к быстрым переменам направления ветров. Было не раз замечено, что здесь в продолжении суток ветра дуют со всех четырех сторон, причем они весьма скоро переходят от одной стороны к другой. Следовательно, как быстро может смениться южный ветер северным, так быстро может и произойти холод. При такой перемене ветров, как я замечал некоторое время, большею частью поднимается буран с жестоким холодом. Тогда термометр начинает показывать 40° зимою, а летом приходится надевать шубу, хотя бы это было в июле или июне месяце.

В нынешнем году в мае месяце с вечера 23 на 24 число поднялся сильный буран, срывающий ветхие крыши с домов весьма легко; снегу намело выше колена; в некоторых местах даже невозможно было пройти… В то время скот уже был выпущен на луга… замерзло до 5 больших скотин, что немало значит для здешних бедных домохозяев, которые еще, к своему несчастью, по причине продолжительного большеводья ныне худо ловили рыбу и худо ставили сено, потому что все луга были затоплены водою; в оленном скоте, слышно, был упадок; одним словом, нынешним летом жители Березова не могли похвастаться удачей. В особенности мелочники потерпели убытки. Жители города говорят, что никогда почти не бывало здесь такой погоды, какая стоит у нас теперь в Березове; реки уже все стали, кроме Оби, следовательно, можно судить по этому о холодах. С 13 ч[исла] октября термометр понизился вдруг до 0° и стоял таким образом до 22 ч[исла]. Еще надобно заметить, что 11 и 12 ч[исел] октября пал снег четверти на две с половиною и при настоящем тепле начинали показываться ручьи; каждодневно с утра до вечера поднимаются туманы; в воздухе какая-то удушливая влага, довольно вредно отзывающаяся на легких, и при малейшем неосторожном открытии рта в груди делается легкое колотье. В настоящее время нам приходилось питаться чуть-чуть не воздухом, да видно провидение сжалилось над нами — настает холод, и уже начали подвозить мясо оленное из Мужинского села, в котором идет теперь Торжок. А то мяса не было, рыбы почти никакой, кроме соленых сырков да щучины, и то прокислой.

Н. П….. ровский, Тобольские губернские ведомости. 1865. № 46

Из Березова

До половины ноября в Березове было вовсе не скучно, к тому же погода была прекрасная, теплая, воздух свежий, туманы прекратились — очень приятно было прогуляться по Березову. Холодов более 15° не было, и то два раза в продолжении 15 дней ноября, в остальное же время было от 3 до 9°… После же первой половины ноября температура воздуха понизилась до 18° холода и день от дня понижалась…

Конечно, при таком состоянии погоды мы принуждены были сидеть дома или, отправляясь куда-нибудь, закутываться как можно теплее. Картина нашей зимы производит какое-то подавленное чувство и оставляет грустное впечатление. Куда ни посмотришь, везде все жмется, все трещит, мороз то и дело постукивает в стены и окна домов. Холод так и клонит ко сну, несмотря на то, что ночь здесь так длинна в зимнее время и можно бы, кажется, вдоволь выспаться, но здесь, как говорят старожилы, зимою особенно располагает ко сну. Солнце нам светит теперь только от половины 9-го до половины 1-го пополудни. Оно в настоящее время далеко от нас и гораздо ближе к горизонту, а потому освещает только крыши домов, которые бросают предлинные тени, правда, вовсе бесполезные для нас в зимнее время. В Мужинском селе, по обыкновению, был торжок, на который съезжается большая часть зырян и привозит туда оленное мясо, коровье масло и из рыбы преимущественно семгу. На этом Торжке бывают также жители Березова и остяки: первые закупают для города рыбу, оленное мясо, масло и проч., остяки же привозят рыбу на продажу. Говорят, в Мужах торговля сначала шла вяло, потому что зыряне, главные торгаши этой ярмарки, приезжают тогда, когда станут реки, а это в Березове большею частию бывает в октябре месяце, как случилось и в нынешнем году, но осень ныне была так тепла, что после рекостава лед снова пошевелился на р. Сосьве. По причине такого тепла зыряне, имевшие для битья олений скот, принуждены были держаться ближе к Уральским горам, где гораздо холоднее и удобнее для пастьбы. С 20-х же чисел октября наступил холод и началась торговля: оленное мясо продавали по 50 к. с. пуд, коровье масло 6 р. с., семгу 6 р. с., осетрину 4 р. …Рыба вообще была дорога, очень мало привозили, между тем как зыряне скупали ее наперебой и преимущественно осетрину. Теперь в Березове у здешних прасолов пуд осетрины стоит 3 р. с. икряной и 2 р. неикряной, оленное мясо 1 р.,

скотского вовсе нет; рыба начинает дешеветь.

До наступления рождественского поста у нас то играли в карты, то устраивали театры, которых было здесь два, об одном из них уже приводилось говорить ранее, другой составился точно так же у здешних любителей сценического искусства, а третий предполагаемый спектакль не осуществился. От последнего мы ожидали более, потому что в нем принимали живое участие те лица, которые раньше заявили о себе в театральном искусстве. Они хотели сыграть две-три пьесы и в том числе «Свадьбу Кречинского». Из одной пьесы даже были розданы и выучены роли. Очень жаль, что это удовольствие не состоялось. Для березовцев так приятно всякое удовольствие, что каждого из них у нас ждут все с нетерпением. А чтобы такие удовольствия общественные повторялись чаще и не расстраивались, нам надобно больше единодушия. Нельзя, впрочем, отнести нынешней неудачи спектакля единственно к отсутствию единодушия, напротив, участвовавшие в нем лица с жаром взялись за это дело, но тут одному помешало маленькое семейное несчастье, другому что-то вроде этого, и спектакль не состоялся. Это, надобно сказать, случилось уже не в первый раз, и «Свадьба Кречинского» давно только предполагается быть сыгранною. Конечно, все это нисколько не удивительно, скорее просто и обыкновенно для таких маленьких обществ, как наше березовское.

Заговорив о спектаклях с благотворительною целью, упомяну, кстати, что в доме уездного училища 14 ноября вечером была разыграна лотерея в пользу здешней женской школы. Предметами розыгрыша были вещи, приготовленные ученицами. На этот раз, как и на бал-базаре, здание уездного училища было освещено довольно недурно, в зале молодые люди танцевали под здешнюю музыку, в других комнатах играли в карты, певчие пропели несколько народных песен. Гостей угощали чаем, конфетами и проч. за самую умеренную плату, которая на этот раз была положена именно только для прикрытия сделанных расходов, которые требовались, так сказать, для доставления более эффектной обстановки, иначе лотерея была бы очень вяла и скучна.

Благодаря внимательности к гостям попечительницы школы, смотрителя здешних училищ и попечителя, общее веселье продолжалось во весь вечер как нельзя лучше, гости разъехались по домам весьма довольные, это было видно из того, что они, отъезжая домой, с большим вниманием обращались к главным устроителям этого благотворительного вечера.

Ученицы также были на этом вечере и не были забыты как попечителем и попечительницею, так и гостями, первые на свой счет угощали их чаем и конфетами и желали им успехов в науках.

Справедливость требует еще добавить, что как на бал-базаре, так и на лотерее весьма рельефно выдавалась личность учителя приготовительного класса г. А., который как холостой человек, довольствуясь средствами, не скажу с большим избытком, по крайней мере с маленьким остатком, употребил заметную часть его для пожертвования на школу. Да и вообще надобно сказать, что г. А. никогда не отказывался от пожертвований на благое дело.

На лотерее Березовской женской школы участвовали как из чиновного класса почти все, так и из купечества и некоторые из других сословий; дай Бог, чтобы и на будущий раз общество наше было так же внимательно к такому прекрасному делу.

Н. П….. ровский, Тобольские губернские ведомости. 1865. № 52

Березов

О Березове большинству известно только, что город этот некогда служил местом заточения многим сановитым особам, сосланным сюда частию за государственные преступления, частию же по различным обстоятельствам того времени.

Березов стоит на левом берегу реки Сосвы, на невысокой горе между двумя оврагами, Култучным и Стрижечьим. Он лежит под 63° 56′ с.ш. и 82° 44′ в.д. Местоположение Березова нельзя назвать лишенным привлекательности. Оно также имеет свои красоты. Вокруг города очень близко облегает хвойный лес, тянущийся от севера к западу и от запада к югу. С восточной же стороны его представляется нам вид на р. Сосьву со многими впадающими в нее речушками, притоками, оврагами, а далее, за главною рекою, видны кустарники, болота и мелкие озерки. Таким образом, даль востока представляет нам летом нескончаемые воды и зелень, а зимою суметы снега и голые прутья, отягченные куржаком и подавленные холодом. Зимою у нас как будто нет жизни. Глядя на эти жалкие растения, как-то невольно начинаешь отдаваться тоске и грусти, думаешь, что не будет ни весны, ни лета. Но придет, разумеется, весна, лето, и все снова оживет.

Сначала охотники березовские начнут приготовлять перевесы, капканы, поправлять ружья и подумывать, где лучше и удобнее выкопать птицеловные станки. Мальчишки же, в свою очередь, плетут силки и сети, которыми здесь они ловят снегирей. Эти птички (величиною немного больше воробья), цветом белые с черными пятнышками, прилетают сюда как бы предвестниками тепла и затем скорого появления проталин. Мальчишки, наловивши как можно более снегирей, продают их или живыми, или задавленными. Из них жители Березова делают отличные пироги на металлических блюдах. Говорят старожилы города, что снегирей прежде было так много, что их насаливали целые полубочья.

За снегирями у нас скоро появляются лебеди, а там гуси, утки и другие большие и малые перелетные птицы. Настает более полная весна, ручьи с шумом текут с гор, направляясь к реке. В городе, на реке и повсюду видно движение, хлопоты; стоит выйти на берег и тут непременно увидишь, как кишит народ, направляя свои лодки. Кто с мешком за плечами и с маленькой лодочкой на веревке неверными шагами перебирается через вешний ненадежный лед, кто с ружьем и лопатой идет туда же за первым. Таких удальцов у нас не в редкость встретить; мы так пригляделись к ним, что, нисколько не ошибаясь, можем сказать, что те, которые идут с мешками за плечами, будут ловить уток перевесами, а те, которые с ружьями, станут стрелять гусей и лебедей из станков.

Наружный вид станка представляет собою род могилы, находящейся близ какого-нибудь озерка или выставившегося сухого горба, покрытого оставшеюся травою, на которую садятся гуси и лебеди для доставления себе пищи. Выкопав яму и покрывши ее сверху землею охотники садятся в нее и ждут, когда лебеди или гуси прилетят на озеро или на лайду, для ружья же охотники имеют в станке отверстия, в которые они наблюдают за прилетающими птицами, для примана же птицы они нередко имеют чучелы или даже живых диких гусей, изловленных ранее детенышами. Живого гуся остяки продают здесь за красный азиатского вкуса платок или за пол штофа водки.

Зимою Березов скучный город. Груды снега, нанесенные частыми метелями и буранами, наводят уныние и тоску непреодолимые. Что замечательного зимою в Березове, так это северные сияния, бывающие весьма часто в зимнее время. Они начинаются с ноября и продолжаются до марта включительно. Северное сияние великолепно, особливо в феврале. Представьте себе север, покрытый от горизонта туманом в виде облака, изображающего собою как бы занавес, выше которого является сначала светлая заря, или, лучше сказать, светло-алое небо с отливом фосфорического цвета. По такому фону начинают как будто играть блестящие, различных огненных цветов, неправильной формы столбы, то соединяясь, то расходясь, то как бы догоняя друг друга. Чем больше станешь наблюдать, чем больше отдаешься этому прекрасному зрелищу, тем больше находишь в нем прелести, и, наконец, все увиденное станет казаться каким-то волшебным светом, за которым как будто совершаются тайны природы, сокрытые от нас этим чудесным северным блеском.

Лето здесь при хорошей погоде можно назвать весьма приятным, несмотря на то, что оно очень непродолжительно. Зато как чудно светит солнце, скрывающееся ночью только часа на два в продолжение суток. Заря не потухает во всю ночь, и бывает так светло, что можно читать какую угодно печать. Даже в сумрачную погоду во всю ночь не нужно зажигать свечи. Такой свет продолжается почти целый месяц июнь. В июле здесь начинается полное лето; реки наполняются водою и зальются в сора, и появится много морской рыбы, которая в это время становится значительно дешевле. Перелетной птицы вдоволь, и она продается также очень дешево, так, напр., гусь стоит 10 к., утка 3 к., пара чирков тоже 3 к. Одно лишь скотское мясо здесь дорого: пуд 4 р., а в другой раз его и совсем не бывает. Теленок живой здесь стоит 3 р., курица 30 к., 10 яиц во время зимы 30 и 40 к. Вообще съестные припасы очень дороги.

Березов в окрестностях своих имеет прекрасные виды, связанные некоторым образом с преданиями и поверьями. Так, напр., на юге лежащий от города овраг Култучный, сажен девять глубины, начинаясь с болота, лежащего на юго-запад в лесу, версты четыре от города, с крутыми, покрытыми лесом берегами, идет довольно узкой ложбиной от самого начала Березова и прежде впадения в Сосву прерывается около города с левой стороны крутым углом, а с правой несколько отлого и с мелко растущими хвоями. По дну логовища течет ручей, почти не пересыхающий. Во время разлития рек ручей этот тоже наполняется водою и служит пристанью для мелких судов, приплавляемых сюда с разными припасами с верху Иртыша и Оби. В этом ручье сохраняются от бурь и лодки здешних обывателей.

Только что пройдет лед по р. Сосве, то при впадении Култучного ручья можно встретить всегда множество народа. Тут увидите и бурлаков, постоянно безобразно пьяных и буйных, со всею своею бурлацкой удалью, встретите купцов, и казаков, и остяков, и чиновников, закупающих на приезжих судах хлеб. Словом, народ кишит в этом овраге. Но лишь только лодки отбудут на низ, овраг пустеет и становится таким глухим местом, что, углубляясь в него, к его началу, невольно будешь отдаваться паническому страху. Куда ни взглянешь, везде увидишь густой сосновый лес да крутые, поросшие мхом и травою берега, нередко прерывающиеся такими же глухими ущельями. Иногда бывает в нем так тихо, что не слышится ни малейшего шороха, и вдруг внезапный крик филина или северного орла огласит это ущелье звуком, а эхо станет повторять этот звук до тех пор, пока не замолкнет вдали и опять не настанет прежняя мертвая тишина.

Странные вещи рассказывают жители Березова о Култучном овраге. Многим из здешних жителей приводилось блудить в нем. И ничего нет мудреного заблудиться в нем, потому что этому отчасти способствует множество разветвлений оврага, весьма похожих одно на другое. Говорят, что человек, заплутавшийся в овраге, непременно увидит что-нибудь страшное. Нередко ему представляется говор людей, лай собак, ржанье лошадей, дикий хохот. Если же заблудившийся будет кричать, то представится, что ему отвечают диким хохотом или неистовым лаем. Или видят город, направятся к нему идти и не могут никак до него добраться. Чаще всего в нем блудят подгулявшие.

Название оврага состоит из двух остяцких слов: «куль» — дьявол, черт и «тун» — огонь. Не на «тун» кончается это название, а «тук», и, вероятно, это слово усвоено так русскими… Выходит, Култучный овраг — овраг огненного дьявола. Остяки, давши такое название этому оврагу, без сомнения, имели основание в каких-нибудь явлениях природы, сильно поражавших некогда их чувства. Действительно, в этом овраге бывали страшные для народа смертные случаи, как то: утопленники, удавленники, зарезавшиеся и т.д. К тому же, сама местность глухая и располагает к страху. Все это дает возможность сказать, что неспроста этот овраг назван оврагом «огненного дьявола», или «Култуком».

Тобольские губернские ведомости. 1866. № 33

На горе, лежащей в параллель реки Сосвы, в самом г. Березове, позади заручейной Богородской церкви представляется чудный вид на р. Сосву. Неподалеку от церкви находится много древних памятников над отшедшими от мира сего обывателями Березова. Между этими могилами находится могила Остермана, огороженная деревянною крашеною решеткою. Внутри решетки, над могилою, стоит деревянный крашеный крест с прибитыми на нем медными буквами «А.О.».

Против алтаря Богородской церкви стоит ветхая деревянная часовня, устроенная на самом краю горы. С правой стороны церкви находится безымянный ручей, довольно глубокий. Через этот ручей выше лежит мост. По ручью прямо против церкви стоят три высоких старых довольно толстых ядреных лиственницы. Начиная от часовни по склону горы стелется лиственничная роща. В летнее время, когда лиственничные деревья начнут цвести, место около часовни считается самым лучшим местом для гуляния. Здесь и утром, и в полдень, и вечером, и даже ночью можете встретить кого-нибудь из знакомых березовцев. Подле часовни, на краю горы стоит длинная скамья, которая иногда служит местом отдохновения для наших дам. О том месте, где поставлена часовня, жители говорят, что тут был давным-давно похоронен богоугодный человек, имя которого умерло в памяти народа. Только известно по преданию, что он был иеродиакон существовавшего в Березове монастыря. Он, как гласит предание, являлся весьма немногим, только благочестивым, добрых правил людям и говорил им, чтоб над его могилою была построена часовня, в которой в то же время завещал совершать иногда моления. Настоящая часовня, уже довольно ветхая, считается третьей на этом месте. Но когда была построена первая – совершенно неизвестно, ибо она не числится в описи церковной. В этой часовне совершается каждогодно молебствие в первое воскресение после 12 мая. В этот день совершается тоже самое молебствие и в соборной церкви. Кроме этого, в часовне Богородской церкви многие люди служат литию за упокой неизвестного человека божия и берут из-под часовни земли, от которой болезненные будто бы получают исцеление, но, к сожалению, об этих исцелениях никто не заявляет причту.

При совершении молебствия в часовне собирается много народу, так что площадка расстоянием от церковной оградки до часовни сажен на 8 бывает вся занята молящимися.

Лиственничная роща имеет тоже свои предания и почитается некоторыми остяками как бы за святое место. Сохранившие веру в святость этого места, плывя по р. Сосве, против самой рощи стараются держаться ближе к противному берегу или, если плывут вниз по воде, перестают грести, сохраняя при этом молчание, как бы знак почтения.

В роще этой в давнее время, еще до основания здесь первой крепости, по преданию, находились идолы, которым поклонялись остяки. Роща очень густа и расположена в ложбинах и при этом на склоне горы. Вид ее угрюмый. В летнее время в ней очень прохладно, потому что солнце едва проникает в нее.

Место вокруг Богородской церкви прежде было под кладбищем, и поэтому оно весьма неровно. Еще доныне сохранилось много чугунных плит, лежащих на могилах, которые так низко опустились, что их едва стало заметно. Есть плиты, которые, как видно по надписям, лежат на месте лет сто и более.

Несколько мраморных памятников, стоящих подле самой лиственничной рощи, под нависшими ветвями, служат украшением поля по имени Заручейного. Церковь во имя Богородицы довольно красивой отделки и придает привлекательность местоположению.

Далее окрестности Березова хотя и представляют красивые виды снаружи, но имеют много непривлекательного внутри. Все эти леса хороши, когда на них смотришь издали, но лишь приблизишься к ним, так тотчас увидишь, как груба и дика северная природа. Леса в окрестности Березова наполнены болотами и топями, и местность их чрезвычайно неровна. Летом насекомые решительно не дают покоя, особливо в безветренное время.

В г. Березове есть такие места, где на лошади в летнее время никак нельзя проехать, да если сказать правду, то и пешком трудно пройти. Так, напр., в центре города находится болото не болото, а что-то вроде озера, да оно озером и зовется, хотя мало походит на него. Лучше сказать, это общая городская помойная яма, издающая смрад на весь город. В нее валят всякую гадость. Между тем, через эту помойную яму приходится переходить и то по двум склеенным грязью жердочкам, иначе, чтобы миновать ее, надобно сделать большую околицу.

В продолжении лета не раз жителям города приводилось вытаскивать свою скотину из городской помойной ямы. Разумеется, при этом скот уродуется навсегда. А для здешних жителей много значит потерять скотину, которую здесь так трудно завести и еще труднее содержать.

Ныне Березов имеет далеко значительные городские доходы против прежнего; так, напр., Березовское хозяйственное управление за 1864 и 1865 года имело доходу 4674 руб. 3 ½  к. с. с разных статей, а именно: с кузниц, с кирпичных сараев, с торговых бань, с пустопорожней земли, отдаваемой под постройку домов, с торговых лавок, со складочных амбаров, с ренсковых погребов, с платьемойных плотов и прорубей, с весов и мер, с объявляемых местными и иногородными купцами капиталов, с торгующих крестьян, с приказчиков и сидельцев, с контрактов и договоров, с векселей и заемных писем, от питейной прибыли, с записки жителей в обывательскую книгу, от взыскания недоимок прежних лет, с оценки недвижимых имуществ и, наконец, из земского сбора всего за 1864 г. — 2284 р. 88 ¼ к. с. и за 1865 г. — 2389 р. 15 ¼ к. с. Добавим, что, несмотря на такой значительный доход против прежнего, простиравшегося едва до 700 р. с., остаточных сумм в эти года не было.

Надобно сказать, что город Березов не может в настоящее время похвалиться как внешним своим устройством, так и внутренним. Нет здесь ни загороды вокруг города для удержания скота в надлежащем месте, почему все лето и зиму скот вольно шляется по городу и безнаказанно заходит в огороды с овощами и топчет и ест их. Нет ни тротуаров в исправности, между тем как жители города, особливо казачье сословие, имеют не только состояние, но даже капиталы, и, следовательно, город мог бы находиться в более исправном виде. Главное, что затрудняет жителей, особенно чиновничий класс, так это то, что нет базара, по неизвестной причине ныне закрытого. По возможности объясним те неудобства, которые встречаются здесь вследствие закрытой торговли съестными припасами.

Здесь все жители, за исключением очень немногих городских обывателей, чиновников гражданского ведомства и духовных лиц, имеют склонность торговать и при этом берут неимоверные цены, особенно с остяков, издалека заезжих, за разные произведения и с чиновников – за съестные припасы. Необходимость заставляет покупать их за какую ни попало цену к совершенному разорению здешнего бедного чиновничества, которое именно поэтому и старается всегда избегать службы в Березове. Будь же в Березове каждодневно открытый торжок, тогда, без всякого сомнения, жизненные припасы спадут в цене и меньше будет злоупотреблений.

Приезжающие сюда зыряне и остяки, по обыкновению, сбывают припасы за дешевую цену, но здешние прасолы наперебой покупают гуртом, разумеется, еще дешевле, а продают как только возможно дороже, имея в виду, что немногие успели закупить припасы, и нисколько не ошибаются в своих расчетах.

Таким образом, ясно, что необходимо возобновить в Березове торжок с соблюдением всех правил о торговле. Тогда только может несколько облегчиться жизнь в материальном отношении для всякого сословия. В противном случае этот и так отдаленный край от более образованного люда совершенно заглохнет и закоснеет в невежестве, еще более — в бесчестном барышничестве и торгашестве. Жизнь здесь заезжему человеку будет по-прежнему безотрадна и пуста.

Жители города летом и зимой занимаются рыбною ловлею, ловлею перевесами и кисканами перелетных птиц. Торговля их состоит летом именно в том, что они изловят, зимою же торгуют большею частию перекупным оленьим мясом, боровою птицею и отчасти скотским мясом в самом небольшом количестве. Зимою наши торгаши — барышники, набрав товаров на инородческую руку, преимущественно разъезжают по инородческим улусам.

Из огородных овощей хорошо родился здесь картофель, иногда в урожайные годы бывает порядочная морковь, репа и редька. Редкое лето удается получить сколько-нибудь листов капусты и то, пожалуй, годной только для корма скота. Огурцы получаются средней величины и то после самого тщательного ухода за ними.

В окрестных лесах из ягод родится много голубицы, черники, водяники и морошки. Бывает также княжника, смородина, брусника и отчасти черемуха. Эти последние ягоды близ Березова родятся в малом количестве и не так бывают вкусны. Кроме того, в наших лесах иногда бывает много разных пород грибов.

Леса здесь большею частию хвойные, и между ними много кедровых деревьев, орехи с которых, однако, получаются гораздо хуже кондинских. Они как-то водянисты и притом имеют слабое и менее полное ядро.

Домовладельцы города Березова имеют 150 домов. Казенных здесь 4, общественных 4, церковных, т.е. принадлежащих духовным лицам, — 5. Две каменные церкви, две деревянные часовни.

Кроме положенных в уездных сибирских городах правительственных мест, в Березове есть окружное управление под председательством военно-окружного начальника и сокращенный штатом и делопроизводством окружной суд, ныне состоящий из одного судьи и секретаря. Сокращение окружного Березовского суда сделано правительством потому, что в этом крае очень мало встречается преступлений и проступков. Вот что, напр., видно из ведомости о числе и роде преступлений, случившихся в самом городе в 1865 г. В продолжении 1865 г. было три смертных случая и, как видно из ведомости, вовсе не преднамеренные, потому что один из них был следствием чрезмерного употребления горячих напитков, а другие два от неосторожности на воде.

Острог здесь очень небольшой и малопоместительный для содержимых. Так же, как в других уездных городах, здесь есть отделение попечительного о тюрьмах комитета.

Купеческих капиталов в Березове считалось за 1864 г. 10 и за 1865 г. — 8. Берущих торговые свидетельства, кроме купцов, до 10 чел.

Хотя здесь и есть ремесленники, как то: портные, сапожники, столяры, кузнецы, печники, плотники, каменщики, маляры, но в цех не платят. Вообще ремесленного люду здесь очень мало и притом работы, даваемые им, исполняются ужасно недобросовестно. За исключением очень немногих коренных наших ремесленников, все остальные – голяки и гуляки. С последними жителям города очень часто приходится иметь дело через полицию.

Н. П-ский, Тобольские губернские ведомости. 1866. № 34

Купеческих лавок с товарами в Березове 7. Из числа их три служат кладовыми для товаров. Амбаров для хранения снастей, нужных при ловле рыбы, 38. Казенных магазинов один в двух отделениях и один для соли, один пороховой погреб и один винный магазин, ренсковых погребов, питейных лавочек 9 и два склада.

Разных товаров привозится сюда из Ирбитской ярмарки примерно на 50000 р. Хлебного вина собственно в Березове в продолжение года выходит за 10000 ведер.

Жителей в г. Березове обоего пола 1643, из них мужского пола 854, а женского 789. В том числе лиц духовного звания муж. 12 и жен. 16, чиновников м. 38 и ж. 41 ч[еловек], купцов м. 28 и ж. 17, мещан м. 219 и ж. 220 ч., городовых крестьян м. 92 и ж. 81 ч., казаков м. 290 и ж. 298 ч., разночинцев м. 19 и ж. 35, ссыльных м. 17, ж. 9 ч., инородцев, проживающих у жителей в работах, м. 99, ж. 44 ч.

Многие из наших горожан имеют оленей от 5 до 10, а некоторые — до 100 и более. Всех вообще считается до 1000 голов. Летом оленей угоняют для пастьбы в Уральские горы или же, кто имеет их небольшое количество, отдают в ближние улусы для той же цели. Оленный скот вообще очень некрепок здоровьем, особенно в летнее время, а потому всякий хозяин, опасаясь упадка, боится увеличивать прикупкою свои стада, очень легко могущие подвергнуться общей участи, что влечет за собой неминуемо разорение владельца. Вследствие такой предосторожности и наши горожане довольствуются тем, что они имеют и каким от этого пользуются приплодом.

В зимнее время для перевоза клади служат олени и рабочие собаки, которых здесь считается до 300 штук. Хорошие олени в сутки зимою могут с кладью пробежать 120 верст и более, без клади же пробегают от 150 до 180 верст. Хотя они и не рослые, но довольно крепкие и сильные, несмотря на всю небрежность их воспитания. С детства их кормят плохо, бьют беспощадно и после всего этого взрослых заставляют работать нередко через силу и награждают такими ударами, что бедные животные замертво падают. В городе можно встретить много изуродованных собак и потому никуда не годных. Вот почему в г. Березове по вечерам, большею частию перед дурною погодою, собаки с тощими желудками завывают так жалобно, как будто местности угрожает что-нибудь страшное, неожиданное. С голоду собаки часто воруют куриц, рыбу и все, что попадется.

Березовские домохозяева имеют лошадей 193, коров 217, коз 5, овец 17 и свиней 7.

Бедные домовладельцы за неимением лошадей употребляют для работ собак. На них осенью и зимою по первому снегу возят дрова, сено, воду и даже ездят по ближним инородческим улусам за рыбою, для этого в нарту запрягают от 6 до 12 собак.

Природные жители города ведут жизнь скромную, тихую, почтительны и услужливы к старшим, но в обиду не дадутся. Уважают духовенство, бывают часто в церкви и там ведут себя как следует православным христианам.

В престольные праздники всегда ожидают священников «со святиною» и бывают приготовлены к их встрече. Свадебные дела и другие какие важные предприятия всегда начинают с благословения своих духовников, к которым они прежде всего обращаются за советом. В праздники не прочь погулять и одеться на щегольскую руку, почище. Большею частию гостеприимны и любят подчас форснуть. Многие из казаков и богатых мещан в свои именины или другие дорогие для них случаи делают обеды и приглашают своих близких знакомых, родственников и многих из чиновников, с которыми очень почтительны и обращают на них свое внимание, в котором у них, впрочем, выражается больше уважения к личности, нежели чиновности. Они, напр., разговаривая с ним, в случае недоумения говорят: «Нам простительно-с, мы мало обучались, а потому-с, значит, и немного сведущи-с». Простолюдины здешние, находясь в постоянном столкновении с инородцами, отчасти заражены суевериями, они так же, как и в других местностях, верят в домового (суседка), в привидения и т.п. Мне кажется, что они не будут прочь согласиться в справедливости существования духов с инородческими шаманами. Правду сказать, бывали случаи, в которых русские смельчаки обращались к шаманам поворожить о потерявшихся оленях или вещах и т.п.

Некоторые коренные жители так свыклись с инородческим образом жизни, что едят сырое мясо, просто парное, живую летом, а зимою мерзлую рыбу. Употребляют иногда при разговоре остяцкие слова, как обыкновенно русские, особенно названия одежд. Часто употребляют такие слова, какие едва ли в каком месте можно услышать, так, напр., «двых» вместо «двух», «сорье», «косье», «остячье», «самоед», или «самоедье», «охититься» значит прибираться в доме к празднику, «узгочки» — это значит «уголки».

Общественною нашею жизнию, говоря по совести, не можем похвалиться. Все живут так себе, ни то ни се, как им вздумается. В стороне от большого совета располагают собой и временем произвольно и свободно, разве только приход и отход почты нарушит несколько свободу нашу. Но от почты, бывающей у нас только 2 раза в месяц, нетрудно отделаться. Большинство нашего общества играет в карты, в чем можете не сомневаться, видя в этой же статье, на сколько рублей у нас разбирается карт. Конечно, количество разобранных карт еще не доказывает качество игроков, потому что наши игроки, за неимением больших средств и надеясь на добросовестность воителей настольного зеленого поля, очень часто играют на старые карты. Но оставим пока карты и перейдем к чтению книг, именно к тому самому предмету, который у нас ныне находится в самом невыгодном положении. Литературных вечеров, по поводу которых так много было говорено раньше, у нас решительно не стало, картежные вечера поглотили все время, годное для доброго дела. Даже можно позволить себе думать после всех этих тусклых вечеров, что и мысли в головах наших деятельных игроков теперь стали похожи на мульков в решетке.

Кстати, начавши здесь говорить о литературных вечерах, упомяну об одном из них, бывшем назад тому месяца три. Две вновь приезжие более или менее представительные личности по здешнему городу (один из коих, впрочем, уже давно уехал), сильно хлопотали об устройстве литературных вечеров. В уважение их многие согласились принять участие в этом очень приятном и полезном занятии. Медлить было нечего. Лишь наступил великий пост, один из приезжих, именно тот, который теперь остался здесь, предложил каждое воскресенье собираться у него для литературного чтения. В первое воскресенье собрались почти все чиновники, за исключением весьма немногих. Устроился вечер. Стали читать на два кружка: в одном предметом для чтения была выбрана статья из журнала «Русское слово» «Пушкин и Белинский», соч. Писарева, а в другом какая-то повесть. Не прошло часу в чтении, как некоторые из бывших тут дам заявили желание лучше поиграть в карты, что скоро и с общим одушевлением было принято и другими дамами, а затем и мужчины многие приняли живое участие в стуколке. Любители чтения, однако, не оставили своего приятного и полезного занятия. Но все-таки литературный вечер стал походить скорее на клуб, и то полный азартной игры и шуму. Спрашивается: может ли при такой организации общества устроиться что-нибудь дельное? Сомнительно. Такое положение общества, и тем более столь отдаленного, если не жалкое, то все-таки грустное.

Нечего уже и говорить, что принявшийся за устройство литературных вечеров, видя такое равнодушие общества, должен был ограничиться самым маленьким кружком любителей чтения. Тут преимущественно участвовали учители Березовского уездного училища. Но и те, к общему сожалению, занятые то посторонними уроками, то занятиями по училищу, должны были прервать это прекрасное дело.

Березовским обществом выписывается очень немного литературных периодических журналов и еще меньше книг, заслуживающих общего внимания. Но все-таки читать здесь есть кое-что. Во-первых, здешняя учительская библиотека имеет до 1500 томов очень дельных и весьма полезных книг. Во-вторых, училище выписывает каждогодно новые книги и тем увеличивает свою фундаментальную библиотеку. В-третьих, здесь выписываются некоторыми присутственными местами газеты «Голос», «Северная Почта», «Биржевые Ведомости», «Русские Ведомости», «Современный Листок» и «Иллюстрированная газета». Из журналов на 1865 г. выписывались «Русское Слово» в 2-х экземплярах, «Сын Отечества», «Семейные Вечера», «Воскресный Досуг» и «Отечественные Записки». Из духовных журналов при церквах выписываются «Странник», «Христианское Чтение», «Православное Обозрение».

В Березове есть две больницы: инородческая и казачья. В первой находятся остяки, большею частию зараженные сифилитическою болезнию. Много также бывает больных глистами. Сифилис хотя и не поддерживается здешним климатом, но к распространению его между остяками много способствует их неопрятность и нечистоплотность. При этом еще более способствует к развитию упомянутой болезни частовременная простуда. Остяки, находясь то в холодной воде при ловле рыбы, то в лесах на звериных промыслах, терпят множество лишений. Остяки склонны к чрезмерному обжорству и пьянству и тем, без сомнения, еще более поддерживают сифилис. Нередко нам случается встречать здесь остяков, ужасно обезображенных этой болезнью.

Остяки также бывают больны глазами от дыму, в котором они постоянно находятся в своих юртах с постоянно топящимися чувалами. Глаза у остяков большею частию бывают мокры и имеют загноившиеся ресницы, отчего они бывают редки и потому служат малою защитою от внешних предметов, имеющих особенное свойство раздражать и увеличивать глазную боль. Жители Березова, особенно прежде, часто подвергались цинге, которая здесь свирепствует преимущественно весною и осенью. Развитию болезни этой много способствовала сырость здешняя и непоследовательная переменчивость температуры воздуха.

Ныне же окрестности Березова время от времени становятся суше и потому с этой стороны мало поддерживают и развивают цингу, хотя и замечаются иногда слишком непоследовательные и неровные переходы температуры воздуха. Цинга в Березове с некоторого времени становится не совсем опасною болезнью, как в давние времена, когда большая часть населения в Березове подвергалась этой болезни. Много способствует развитию этой болезни при малейшем ее появлении невоздержание от частого и сильного употребления горячих напитков, домашняя засидчивость, простуда и дурная пища. Против этой болезни простолюдины принимают очень простые средства, испытанные уже не раз и с большим успехом.

Вообще надобно сказать, что здесь болезни не так сильно свирепствуют, как в других местностях. Здешний народ вообще крепкий и здоровый, чему, разумеется, способствует холодный климат.

Коренные жители Березова удивительно как терпеливо переносят различные перемены погоды. Они, привыкнув находиться то на воде, то в лесу во всякое время года, пускаются смело и отважно повсюду.

Н. П-ровский, Тобольские губернские ведомости. 1866. № 35

 По воле случая жизнь города Березова середины XIX века отразилась в периодике Тобольской губернии, состоявшей в то время из единственного издания — газеты «Тобольские губернские ведомости», намного полнее, чем жизнь его собрата-ровесника Сургута. Березову повезло: в 40-60-е гг. он имел своих писателей — сначала Николая Алексеевича Абрамова, штатного смотрителя уездного училища, затем политического ссыльного Александра Ивановича Иконникова. Почти сразу после отъезда Иконникова в 1864 году из Березова его сменил на посту местного бытописателя автор с неустановленным пока именем, подписывавший свои сочинения псевдонимами «П.», «Н.П….. ровский», «Н.П-ровский», — человек, живший некоторое время в Березове, но не местный, смотревший на жизнь внимательным и при этом сторонним взглядом, трудно привыкавший к северному климату. В своих очерках он использует зачастую статистическую информацию, которая могла быть получена только от местных властей. По-видимому, это был чиновник. Можно полагать, что писательство было для него не потребностью, но лишь попыткой преодолеть скуку березовской жизни, и само порой навевало скуку: столь малозначительным выглядело описываемое. «Да и о чем писать из Березова? — сетует автор. – Наша общественная жизнь идет так однообразно…». Тем не менее зафиксированные факты и явления полуторавековой давности имеют для нас несомненную ценность, при сопоставлении с написанным другими авторами они помогают воссоздать историческое полотно березовской жизни, богатое живыми деталями. И нельзя не быть признательным этому неизвестному очеркисту.

«Подорожник», №8, 2007

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Яндекс.Метрика