Письма с войны

Наталья Пивоварчик, по страницам газеты «Сталинская трибуна» (ныне – «Новости Югры»)

Их ждали с трепетом, тревогой. Написанные на серой бумаге беглым почерком в редкие минуты затишья. Каждое письмо могло оказаться последним, поэтому их берегли как семейную реликвию. Дрожащим голосом читали родным, друзьям, приносили в газету. Почти каждый день «Сталинская трибуна» публиковала письма с войны, многие из которых приходили с фронта прямо на адрес редакции. Кто-то хотел через газету обратиться ко всем землякам, кто-то не знал нового адреса родных, но были и такие – и это больно осознавать, – кому просто больше некому было писать.

 

Привет с Черноморского флота

Отрадно думать мне, простой советской девушке-фельдшерице, что на поле брани я помогала защищать отечество от немецких оккупантов. Работала я военфельдшером в Черноморском флоте. Вместе с бойцами части шла и я в бой. Не страшась ураганного огня, под свист вражеских пуль перевязывала раны, выносила раненых с поля боя. На моем боевом счету 5 убитых гитлеровцев. Но это только начало.

Вражеская мина временно вывела меня из строя. Я получила три ранения, вынуждена была лечиться, но теперь поправилась, отдохнула и сейчас снова еду на фронт. С еще большим упорством я буду выполнять обязанности фронтового лекаря. Постараюсь умножить счет истребленных оккупантов, это будет моя месть врагу.

Девушки Ханты-Мансийского округа! Неутомимо трудитесь в тылу. Всем, что в ваших силах, помогайте фронту. Напряжением всех своих сил достигнем желанной цели – в нынешнем году освободим родную землю от коричневой чумы.

Военфельдшер Е. Новоселова. 4 августа 1942 года

 

Рус, сдавайся!

Коллектив Ханты-Мансийского леспромхоза и леспродторга получил радостное известие о том, что наш бывший сослуживец Змановский Федор Константинович, работавший до войны заведующим Самаровской базой леспродторга, 24 октября этого года награжден орденом Красной Звезды. Красноармейская газета «На защиту родины» так описывает славные боевые дела горсти советских воинов, в числе которых находился т. Змановский.

«С группой бойцов лейтенант Каверзнев ворвался в офицерский блиндаж. Пытаясь любой ценой вернуть утраченные позиции, немцы бросились в контратаку. Дружным ружейно-пулеметным огнем первая атака врага была отбита. На следующий день, после минометного обстрела, враг еще яростнее атаковал горсть храбрецов.

– Отобьем! – сказал лейтенант Каверзнев.

Наши расстреливали врагов в упор и снова заставили их откатываться. На третий день немцы превосходящими силами снова пошли в атаку. Казалось, что сейчас с разных сторон немцы прыгнут в блиндаж. Но их опять встретил дружный огонь. Враг стал окружать и бросать в блиндаж гранаты. Отважный политрук Сидоров и коммунист Змановский бросали немецкие гранаты обратно в немцев.

Но все теснее сжималось вражеское кольцо. Немцы кричали: рус, сдавайся. Но герои поклялись нерушимо:

– Стоять насмерть до последней капли крови.

Преодолевая неимоверные трудности и лишения, 8 героев четверо суток стойко удерживали свой рубеж и истребили 50 немцев. Сегодня высшая награда родины венчает имена героев из этого отважного гарнизона – тт. Каверзнева, Верховского, Змановского».

10 декабря 1942 года

 

Чужая

Сегодня нас оскорбили. Наш боевой товарищ-гвардеец Николай Кузьмич Зарубин получил письмо от жены Серафимы. Она пишет, что вышла замуж и добавляет: «…если вернешься целехоньким, ничем не вредимым, будет видно: согласишься жить со мной – может быть, я снова приду к тебе…»

Какими грязными глазами смотрит на мир, на наше будущее, на людей эта Серафима! Как осквернила она лучшие человеческие чувства! Провожая Николая на фронт, она говорила, что будет верной женой и другом, станет ждать его. И он хранил в себе жаркое дыхание прощального поцелуя. В короткие часы затишья между боями он доставал из кармана заветную фотографию и жадно всматривался в родные и милые черты, и это вливало в него новые силы, вдохновляло на новые подвиги.

Прижимался ли он к сырой воронке от снаряда, полз ли по ледяной земле к вражескому дзоту, шел ли сквозь дым и пули в яростную атаку, не жалея крови и не боясь смерти, он помнил, что бьется за мать-Родину, за далекий Север, за родное Самарово, за тебя, Серафима. И ты не захотела, не сумела сохранить для него теплоты родного гнезда! Одним холодным росчерком пера, бессердечная пустышка, ты разбила его надежды на родной очаг, тепло и ласку.

Николай, конечно, ошибся, связав свою судьбу с такой легкомысленной женщиной. Мы утешили его, как смогли. Мы сказали ему то, что сейчас во всеуслышание говорим Серафиме и ей подобным. Она не стоит Николая, и он найдет в себе силу с презрением отвернуться от нее. Своим мерзким письмом и поступком Серафима больно ранила нас всех. Этой обиды мы не простим.

Придет время, и мы, выполнив свой долг, вернемся к родным очагам. Это будет великим праздником для всех, кто ждал нас, для наших милых жен-тружениц, для детей и старых отцов и матерей. Это будет большой праздник, Серафима, и тебе не будет на нем места. Какими глазами ты взглянешь на того, кто сейчас бьется с врагом и за твое счастье, кто терпит невзгоды и лишения суровой фронтовой жизни, кто орошает горячей кровью родную землю и за тебя?

Мы говорим тебе правду. Мы выносим тебе, малодушной и жалкой эгоистке, суровый солдатский приговор. Тебя, променявшую честь советской патриотки, подруги воина на танцульки и дешевенькое счастье, мы называем страшным именем – чужая. Ты чужая для всех нас, Серафима!

Война предъявила суровые требования к человеческому сердцу. Война – испытание нашей моральной силы. И миллионы наших славных советских женщин и девушек с честью выдержали это испытание, не растеряли в огне войны свое чувство, не уронили его в грязь. Сохранив свою чистоту, они смело и радостно встретят тех, кого они так ждут. И до боли обидно, когда выродки, подобные Серафиме, поганят высокое звание советской женщины. Мы твердо верим, что наши настоящие подруги не таковы: они осудят Серафиму. В советской семье боевых подруг она – чужая.

Фронтовики: Герой Советского Союза лейтенант Головкин, Герой Советского Союза старшина Вяльцов, орденоносец ефрейтор Кольцов, орденоносец ефрейтор Щербаков, орденоносец сержант Попов, орденоносец старшина Синявский. 19 мая 1944 года

 

Пять лет не получаю писем

К девушкам с. Нахрачи, Кондинского района, обращается фронтовик Ланфий Нестерович Морозов. Он пишет: «Пять лет я ни от кого не получаю писем. Третий год нахожусь на фронте. Бывал в боях. Награжден орденом Славы. Дружно живу с товарищами. Немножко грустно и обидно становится только тогда, когда товарищи получают письма и так радуются им… Родные сибирские девушки-комсомолки! Пишите мне о своей жизни, труде, развлечениях. Буду очень рад, если кто-нибудь пришлет мне свою фотографию».

3 июня 1944 года

 

Гвардии старший сержант Шаламов Петр Иванович прислал в редакцию свое стихотворение:

В каком бы уголке России

Ни заиграла сбор труба,

Куда б меня ни заносила

Моя солдатская судьба,

Везде разгневанно и смело

Я встречу лютую метель,

Чтоб ты цвела и зеленела,

Моя лесная колыбель,

Где с детства дружбу заводили

Мы с каждой веткою тайги,

Где все тропинки исходили

Мои простые сапоги,

Где все мне дорого и свято,

Знакома каждая тропа,

Где наша Родина в солдаты

Меня впервые призвала.

27 июня 1944 года

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Мысль на тему “Письма с войны”

Яндекс.Метрика