«Посмотрели мы на кирпичное здание, и оба одновременно подумали: набьём-ка мы его электрическими лампочками, фланельками для вытирания перьев, профессорами, поставим на лужайке чугунного пса, статуи Геркулеса и отца Иоанна и откроем лучшее в мире бесплатное учебное заведение».
О Генри, «Кафедра филантроматематики»
Как правило, в природе и жизни людей редко что происходит само собой, спонтанно и самопроизвольно. Если хорошенько поискать, то всему сыщутся побудительные мотивы, отправные точки, невидимые глазу рычаги. Кроме того, ещё умницы латиняне сформулировали один из принципов римского права: кому выгодно? Ответив на этот вопрос, сразу станут понятны многие причины происходящего.
Сегодня речь пойдёт о обстановке, сложившейся внутри и вокруг Ханты-Мансийского института природопользования Севера. Бывший некогда едва ли не единственным высшим учебным заведением округа, гордостью, надеждой и опорой, с некоторых пор вуз и его руководство вдруг оказались в центре судебных разбирательств, конфликтов, слухов. Но обо всём по порядку — и по законам жанра…
ПРЕДИСЛОВИЕ
В 90-х годах неповоротливый механизм высшего образования России сошёл со своего постамента и отправился в глубинку — поближе к потенциальным абитуриентам и финансовым потокам. Выиграли от этого почти все: и студенты, и их родители, и вузы. Проиграло только качество высшего образования… Но это так, к слову.
В 1993 году в столице округа был открыт факультет «Традиционных промыслов Севера» Тюменского государственного сельхозинститута. Через два года институт был переименован в академию, а в 1997 году факультет преобразовался в филиал ТГСХА — Институт природопользования Севера. На сегодняшний день здесь работают два факультета: «Экономики природопользования и традиционных промыслов Севера» (5 кафедр) и «Бухгалтерский учёт и аудит» (3 кафедры). На них обучается почти полтысячи студентов, профессорско-преподавательский состав института насчитывает 62 человека.
ЗАВЯЗКА
В редакцию пришли несколько преподавателей ХМИПС. С собой они принесли множество обличающих документов и негодование деятельностью директора института А.П. Гудыма. По их словам выходило, что в этом вузе сложилась невыносимая обстановка, почти культ личности руководителя, в результате чего страдают студенты, преподаватели и качество обучения. Инертное большинство работников мирится с подобной ситуацией, боясь репрессий, лишь небольшая группа отважных нашла в себе силы бороться. В доказательство были представлены копии служебных записок и обращений в различные инстанции, вплоть до губернатора. Что и говорить, картина вырисовывалась безрадостной. А в качестве козырной карты, оставленной напоследок, преподаватели пригласили корреспондента на общее собрание коллектива, руководства академии и управления образования.
17 января одна из аудиторий института оказалась переполненной. Даже визуально просматривалась здешняя расстановка сил: президиум, в первых рядах — «сторонники существующего режима», далее — «всегда воздерживающееся большинство», а на «Камчатке» — небольшая сплочённая группа «бунтовщиков». Чем плохи декорации для приличного спектакля? Забега вперёд, скажу, что надежды зрителей полностью оправдались.
РАЗВИТИЕ СЮЖЕТА
Директор института Анна Петровна Гудыма объявила о начале общего собрания. На это возразила начальник Главного управления образования Л.Н. Паукова: «Мы пригласили коллектив на встречу с представителями ГУО». На повестке дня стоял один вопрос: микроклимат, сложившийся в институте. Лидия Николаевна пояснила, что поводом для встречи послужили множество писем и личных обращений, поступивших в адрес администрации.
Некоторые работники жаловались на отсутствие взаимопонимания, ненадлежащие условия для труда, большие нагрузки, высокую текучесть кадров. В течение получаса зачитывались все претензии к руководству института, затем ещё добрых два часа шла ярая перепалка. Основными (а, пожалуй что, и единственными) оппонентами директора выступали трое преподавателей физвоспитания. Раз за разом предъявляли они свои претензии Гудыма: незаконную «аннексию» какого-то кабинета, недостаточное внимание к проблемам спорта, необходимость введения дополнительных ставок для организации различных секций, волокиту с подписанием документов. Посредством тривиальной ругани рассматривались обычные, рабочие вопросы, десятками возникающие на каждом предприятии. На третьем часу обсуждения постороннему зрителю могло бы стать совершенно непонятно — чего ради «все мы здесь сегодня собрались»? Если бы не прозвучало во время обсуждения роковое слово: «университет».
АВТОРСКОЕ ОТСТУПЛЕНИЕ
Помните О Генри? В одной из новелл его герои Джефф Питерс и Энди Таккер в захолустном городке основали «Всемирный университет». В последние годы это поветрие не миновало и нашу богоспасаемую страну. Прежние детсады стали лицеями, ПТУ — колледжами, техникумы — институтами. Как-то вдруг все разом осознали, что никак нельзя нам без университета, не престижно это, не «круто». Идей по его формированию витало множество, от самых утопических до вполне реальных. Один из проектов как раз и заключается в том, чтобы сформировать его на базе большинства существующих ныне в Ханты-Мансийске филиалов и представительств различных вузов. А почему бы и нет? Для университета требуется, как минимум, множество свободных помещений и большое число квалифицированных преподавателей, желательно не нуждающихся в жилье. Строить здания и приглашать преподавателей — очень накладно и долго. Гораздо быстрее и проще создавать новое на прочно забытом старом…
КУЛЬМИНАЦИЯ
Тем временем страсти в аудитории накалялись. Наконец-то отважились встать и другие работники. В своих речах они заклеймили позором «физкультурников», последние в долгу не остались. Неожиданно ярко прозвучало искреннее выступление одной женщины. Заметно волнуясь, она сказала, что гордится своей принадлежностью к ХМИПС, а вот различного рода слухов по поводу грядущих изменений его статуса попросту боится. Наконец, не выдержал и ректор ТГСХА Н.В. Абрамов, заявив: «Я не позволю будоражить коллектив».
Уже после этой «встречи» я задал несколько вопросов Николаю Васильевичу. Первый из них касался результатов проверки Счётной палатой деятельности института. По словам ректора, все недостатки устранены, объяснения А.П. Гудыма получены. Во-вторых, к передаче института в создаваемый университет Абрамов относится неоднозначно: «Для создания такого вуза нужна хорошая материально-техническая база. Без её становления мы не решались подходить к этому делу. Наше предложение заключалось в постепенном переходе, с тем, чтобы не дискредитировать образование. Есть определённые рамки требований: к научной, педагогической деятельности. К сожалению, в настоящее время в Ханты-Мансийске этого нет. Мы предлагаем идти не скачками, а путём постепенного развития».
Ректору вторит и директор ХМИПС А.П. Гудыма: «Задумайтесь, почему мы развивались, трудились, вкалывали, сделали четыре выпуска — и вдруг возникли какие-то претензии. Раньше всем было трудно: финансирование плохое, зарплату по два-три месяца не платили, наша база в Шапше замерзала. Сейчас, когда положение выправилось — появился негатив. Многие считают, что мы являемся камнем преткновения для создания Югорского университета. Это совершенно не так. Если бы мы не развивались, то вообще не стоял бы вопрос о возникновении в Ханты-Мансийске такого вуза.
Сколько нервов потрачено для организации нашего института. Поначалу говорили: модернизируйте факультет, и хватит с вас, будете готовить звероводов да почвоведов. Долго пришлось убеждать, что не это нужно Северу. Аборигены и так умеют ухаживать за оленями. Нужны новые технологии, новый управленческий взгляд, организация производства эколого-экономической направленности. К сожалению, некоторые недооценивают важность отраслевого характера института. Сейчас мы работаем на будущее, готовим специалистов, которые будут востребованы через несколько лет. Экологический или охотничий туризм — это политика округа, наше будущее. Так что оценка истинной важности института ещё впереди».
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Пути Господни неисповедимы, равно как и логика иных власть предержащих. Любят в нашей стране строить, ломать, снова строить, опять ломать… За примерами далеко ходить не надо, достаточно включить телевизор или выглянуть в окно. Та же ситуация, похоже, ожидает и ХМИПС. Всё ли хорошо в деятельности его руководства? Однозначно — нет. Нужен ли округу Югорский университет? Пожалуй. Но есть ли необходимость ломать для этого существующий вуз? Пусть об этом судят его учредители — Тюменская сельхозакадемия и администрация округа. Остаётся надеяться, что решение окажется мудрым и взвешенным.
Так что вопреки законам жанра развязки в нашей истории пока нет. Поживём — увидим.
P.S. Этот так и не опубликованный в газете по каким-то конъюнктурным соображениям текст был написан в далеком 2001-м году. С тех пор в Иртыше утекло много воды, громкие скандалы не раз еще сотрясали (и сотрясают) глинобитное здание ЮГУ, ну, а выводы о качестве преподавания в нашем доморощенном вузе каждый может сделать сам. Лично мне не суждено забыть отличницу-выпускницу журфака, на голубом глазу писавшую «мАлАко»)))
