Циркуляры в уездный Берёзов на сломе эпох

Валентина Патранова

Сегодня Березово – скромное поселение, а когда-то это был уездный город, сам уезд занимал площадь в сотни квадратных километров. В истории Березово немало страниц, которые и сегодня «читаются» с огромным интересом. Мы решили воскресить некоторые из них, обратившись к архивным материалам. Особенно заинтересовал период на сломе эпох, когда царская власть менялась на советскую.

В поисках врагов

Документы этого периода долгое время хранились в засекреченном фонде Тобольского архива, что вполне объяснимо: в прошлом Березовский уезд территориально входил в состав Тобольской губернии, и только в начале 90-х годов часть документов была передана в Государственный архив Югры. В обветшавших от времени папках собраны бесценные документы дореволюционной эпохи, а также периода правления Колчака. Сюда, в Березов, регулярно под грифом «Совершенно секретно. Срочно!» поступали циркуляры из Омска, где находилась ставка Верховного правителя Сибири. В этот период во главе территорий были управляющие губерниями и областями, вместо полиции была учреждена милиция.

Эти документы интересны тем, что ярко характеризуют политическую обстановку тех лет, когда шла борьба за власть. У рядовых граждан Березовского уезда еще не выветрилась память о том, как была организована жизнь при «проклятом царизме», и они сравнивали ее с тем, как действовали структуры Верховного правителя Колчака, а потом и советская власть, вносившие в жизнь обывателей существенные коррективы. Притом не только на бумаге, рассылая циркуляры на места, но и действуя весьма решительно в поисках «врагов». Как видно из архивных документов, ни Колчак, ни советы не уступали друг другу в стремлении закрепить свою власть.

Не шпионы!

Но прежде следует рассказать о таком малоизвестном эпизоде, как ссылка в Тобольскую губернию подданных Германии и Австро-Венгрии в разгар Первой мировой войны. В город Березов «на основании правил военного положения по подозрению в военном шпионстве» были высланы Гельмут Штакель, Густав Шмидт, Эрих Пихота, Фердинанд Фишер, Юлиус Циарковский и Карл Брай. Эти фамилии названы в письме, адресованном 3 января 1918 года комиссару Березовского уезда. Сегодня оно хранится в фонде 447 Государственного архива Югры

Сколько эти люди пробыли в Березове – неизвестно, непонятно также, откуда их выслало царское правительство. Одно очевидно: власть не знала, что делать с гражданами другого государства, когда в самой России творилось непонятное. Из Тобольска сообщали: из переписки, которую вели высланные в Березовский уезд немцы, не усматривается «никаких указаний на их причастность к изменническим деяниям», и потому, руководствуясь указом Временного правительства об амнистии от 6 марта 1917 года, тобольский губернатор признал возможным «освободить всех вышеупомянутых лиц от высылки и надзора с предоставлением права повсеместного жительства в Российском государстве, за исключением местностей, подчиненных военному начальству, а надзирателя уволить».

В письме содержалась просьба: сообщить в губернское управление, кто из немцев, когда и в какую местность выедет из Березова. Но как выезжать, не имея средств, чтобы оплатить дорогу? Полагая, что раз российская власть отправила их в такую глухомань, подданные Германии и Австро-Венгрии решили: эта же власть должна обеспечить им обратный проезд. Они обратились в губернское земское управление с ходатайством о выдаче им так подаваемых «открытых листов», дающих право «на взимание земских обывательских подвод из города Березова до Тобольска», то есть обеспечить им бесплатный проезд за счет государства.

Нет кредита из Петрограда

Но вместо «открытого листа» подданные иностранных государств получили разъяснение, что им это не положено ввиду отсутствия законных оснований. В письме на имя начальника Березовской уездной милиции из Тобольска сообщалось: «В прежнее время в таких случаях могло быть выдано путевое пособие от казны для проезда по расчету на одну лошадь для каждого. Но ныне за неимением в губернском управлении кредита на этот предмет и невозможности получения такого кредита из Петрограда представляется единственный выход – отправка до Тобольска на земских подводах без платежа прогонов», то есть за собственный счет иностранных подданных. Письмо подписано 28 февраля 1918 года.

Через месяц в Березов пришло дополнительное разъяснение: как принадлежащие к подданству воюющего с Россией государства немцы не имеют права выехать на родину впредь до указания центральной власти. Не могут они без особого на то разрешения отлучаться за пределы Тобольской губернии. Дело иностранных подданных разрешилось только в июне 1918 года. Шесть дел на бывших поднадзорных отослали из Березова в Тобольское губернское управление, а им самим выдали «проходные свидетельства на проследование в Тобольск».

Казна кормила…революционеров

Каких только ссыльных не видела эта земля, даже знаменитый революционер, большевик Лев Троцкий, совершил побег из Березова. В советское время список высланных пополнили объявленные советской властью «кулаки», «враги народа, «контрреволюционеры». С ними не вели переписку, периодически за счет государства их вывозили в Тюмень и там расстреливали.

Кстати, в фонде 447 Государственного архива Югры хранятся документы дореволюционной поры, и они свидетельствуют не столько о свирепости царского режима по отношению к политссыльным, сколько о… достаточно гуманном к ним отношении. Вот, к примеру, послание тобольского губернатора уездным исправникам, датированное 14 ноября 1909 года: «Из имеющихся у меня сведений усматривается, что начальники полиции выдают казенное пособие на содержание и на одежду всем без исключения поднадзорным, как имеющим средства к жизни или постоянный заработок в месте водворения, так и не имеющим таковых. Освобожденным от надзора полиции в течение месяца выдают пособие за полный месяц и даже больше, а не по числу дней по расчету.

Предписываю начальникам полиции немедленно представить список тех поднадзорных, которые имеют постоянный заработок по своей специальности или место службы с определенным жалованием, и немедленно прекратить таким лицам выдачу казенного пособия на содержание и одежду. Вменяю в обязанность начальника полиции строго следить за тем, чтобы оканчивающим срок надзора полиции пособие на содержание выдавалось не за полный месяц, а по расчету, что и отмечать в законченных делах».

И накормить, и приодеть

А вот еще один документ той поры, адресованный тобольскому полицмейстеру и уездным исправникам губернии. Получил его и березовский уездный исправник: «Предлагаю начальникам полиции принять необходимые меры к более экономному расходованию кредитов, отпускаемых на содержание поднадзорных, так как пособия отпускаются иногда и на отсутствующих поднадзорных. Предлагаю начальникам полиции ни в коем случае не выдавать пособия по доверенностям поднадзорных другим лицам, а только самому поднадзорному, под его личную подпись».

Людям, обработанным советской пропагандой, трудно поверить в то, что после революции 1905 года царское правительство могло так относиться к политссыльным: им, оказывается, выдавали из казны «пособие на содержание и одежду». Выходит, царь кормил тех, кто хотел его свержения? Зато советский «царь» Сталин вел себя иначе: арестованным по политической статье вместо денежного пособия зачитывали решение внесудебных «троек» – кому расстрел, кому лагерь. Так и хочется спросить: за что боролись с царским режимом, господа революционеры?

В том же фонде 447 хранится еще один документ – инструкция надзирателям за административно-ссыльными, одобренная тобольским губернатором Владимиром Тройницким (годы губернаторства – 1886–1892) В книге «Сибирские и тобольские губернаторы» о периоде его правления сказано так: «Губернаторство В. А. Тройницкого совпало с периодом реакции. Политические ссыльные оценивали его как ярого реакционера, причем нелестно отзывались о его умственных способностях. Один из корреспондентов нелегального журнала «Политическая ссылка» писал, что Тройницкий, «разъезжая по городам, охотно вступал в собеседование с ссыльными, причем его речи не обнаруживали признаков большого ума».

Инструкция для надзирателя

В инструкции, одобренной Тройницким, действительно сказано: «Надзиратель обязан наблюдать, чтобы поднадзорный жил в определенной ему местности и никуда за черту города или селения не отлучался, для чего надзиратель не менее трех раз в сутки проверял всех состоящих у него под наблюдением лиц, посещая их квартиры». Но он должен был это делать «настолько умело и предупредительно, чтобы ни в чем не стеснять обычной или семейной жизни поднадзорных, стараясь быть как бы незамеченным для них при своих посещениях». И далее: «Надзиратель должен обращаться с поднадзорными вежливо, с полной предупредительностью и по возможности оказывать им помощь в их нуждах».

Кстати, в ту пору население Тобольской губернии составляло 1,4 млн человек, и ссыльных здесь было немало. Как говорят: почувствуйте разницу в отношении власти к политическим в дореволюционную эпоху и послереволюционную, особенно в печально знаменитые 30-е годы…

С большевиками в Березовском уезде боролся не только царский режим, но и захвативший в 1919 году обширные пространства Сибири Верховный правитель Колчак. Судя по документам, обнаруженным в архиве, политическая ненависть большевиков и колчаковцев была обоюдной и принесла немало бед народу. Получилась «русская каша», когда сын на отца и брат на брата.

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика