Казаки и «литва» Березова в военных экспедициях

Я.Г. Солодкин

Основание Березова стало заметной вехой в процессе ранней русской колонизации Западной Сибири. Служилые люди «срубленного» в устье Северной Сосьвы города – казаки, «литва», изредка черкасы и немцы – уже в первые годы его существования приняли участие в ряде военных экспедиций с целью подчинения России или закрепления за ней сибирских «землиц».

Уже летом 1593 г., когда прибывшие с ратью воевод Н.В. Траханиотова и М.П. Волконского даточные люди возводили стены и башни Березова, местные служилые люди и кодские остяки князя Игичея Алачева совершили поход вниз по Оби до обдорского городка Войкара. Зимой 1593/94 г. отряд головы И. Змеева, возможно, уже не письменного, как поначалу (до приезда в Березова А.И. Благого), а казачьего, опять-таки вместе с «кодичами» Игичея, прошел от устья Конды до Карта-уша – столицы Кондинского княжества; его правитель Агай с несколькими родственниками попал в плен. Следующим летом березовцы под началом головы (видимо, казачьего) М. Норова и атамана Д. Базарова, присоединившись у Обского городка (следом сожженного по предписанию московских властей) к отряду письменного головы В.В. Аничкова, направленному из «царствующего града», и кодским остякам, как и тоболяки, пелымцы, недавние годовальщики из острога, заложенного воеводой И.А. Мансуровым в устье Иртыша, приняли участие в строительстве «Сургуцкого города» (во владениях остяцкого князя Бардака). Примечательно, что перед походом в Среднее Приобье березовцам, пелымцам, тоболякам столичные приказные распорядились выдать годовое жалованье, поскольку, как считали, экспедиция на Сальму могла затянуться. Не исключено, что березовцы пробыли в Сургуте, строительство которого продолжалось почти два года, до осени, когда туда из Пелыма «прислали» станицу атамана Т. Иванова (так и оставшуюся в «срубленной» В.В. Аничковым крепости).

В 1595 г. в Березовском уезде вспыхнул мятеж остяков и «самояди», и на его подавление, кроме отряда тобольских служилых татар атамана Ч. Александрова, из Москвы направили войско недавно управлявшего Пелымом князя П.И. Горчакова. Оно подошло к Березову (осада которого к тому времени была снята) зимой, а вскоре спустилось вниз по Оби, еще скованной льдом, и разгромило Обдорское княжество, где, с точки зрения Е.В. Вершинина, заняло опустевший остяцкий городок Пулинг-ават-ваш, превратив его в Обдорский (Носовой) острог; туда затем начали отправлять березовских служилых для сбора ясака с тундровых ненцев. Возможно, они (например, прибывшие в отряде П.И. Горчакова с донскими казаками И. Аргунов и Я. Чермной, ставшие атаманами «на Березове») приняли участие в походе, во время которого, скорее всего весной 1596 г., появился русский острог в Югорской земле. (Обского или Мансуровского тогда, напомним, уже не существовало).

В 1597 г. сводный отряд под предводительством сургутского письменного головы И.И. Колемина разгромил Пегую орду и овладел резиденцией правившего там князя Вони – Верхним Нарымом, близ которого был «поставлен» острог (ставший позднее уездным центром). Этот отряд включал 70 березовцев во главе с атаманами И. Пешим и И. Аргуновым. Они, согласно грамоте царя Бориса от 5 февраля 1602 г. (где в числе участников экспедиции в Нарымское Приобье упомянут и казак С. Прохоров), взяли тогда немало пленных.

Из царской грамоты от 9 апреля 1601 г., появившейся в ответ на челобитную полусотни березовцев (среди которых названы атаман Я. Чермной и казак М. Казанец), мы узнаем об их «посылке» в 1600 г. с князем М.М. Шаховским и Д.П. Хрипуновым в Мангазею, куда служилые первого русского города в Нижнем Приобье двинулись на сделанных ими же 4 морских кочах и 2 коломенках. В этой экспедиции, завершившейся постройкой острога в среднем течении Таза, участвовали также 50 тоболяков и сургутян. (Многие историки, начиная с П.Н. Буцинского, неоправданно считали, что в распоряжении князя М.М. Шаховского и Д.П. Хрипунова состояло 150 служилых людей). В оказавшемся чрезвычайно трудном походе в «Мунгазею и Енисею» отряд березовцев возглавлял атаман Яков Чермной, а не Истома (Савва) Аргунов, как порой утверждается на основании поздней челобитной его сына Лазаря. Среди 200 участников следующей мангазейской экспедиции (1601 г.), предводителями которой были письменные головы князь В.М. Рубец Мосальский и С.Т. Пушкин, находились уже 70 березовских казаков и «литвы», 50 из которых сменили тех, кто накануне «ставил» «Тазовский городок». (Утверждение М.И. Белова, что отряд этих письменных голов составляли 200 стрельцов, неточно, как и мнение, будто в 1601 г. на север Енисейского края послали уже 300 служилых). Кто возглавлял 70 березовцев в новом походе «в тунгусы», неизвестно. Возможно, это был И. Аргунов, если не И. Пеший. В 1603 г. на смену прежним годовальщикам в Мангазею послали 50 тоболяков и столько же березовцев, что часто практиковалось и впоследствии.

Осенью 1604 г. сформированный в Сургуте отряд письменного головы Г.И. Писемского и сына боярского В.Ф. Тыркова, объединивший тобольских, тюменских, сургутских, березовских служилых, юртовских татар, кодских остяков, заложил во владениях эуштинского князца Тояна «Томский город». На службу туда перевели несколько десятков березовцев, вероятно, тех, кто «ставил» тогда еще одну русскую крепость в «Закаменьской стране».

Итак, вскоре после возникновения Березова при участии его служилых людей были основаны Сургут и Томск, Нарымский, Мангазейский и, видимо, Обдорский остроги; березовцы совместно с кодскими остяками уже летом 1593 – в начале 1594 гг. совершили походы до Войкара и в Большую Конду, приведя местных «иноземцев» «под высокую руку» «святоцаря» Федора. Особенно значительной следует признать роль служилых первого русского города Северного Приобья в мангазейских экспедициях 1600 и 1601 гг.: в частности, в распоряжении князя М.М. Шаховского и Д.П. Хрипунова березовцев имелось больше, чем тоболяков и тем более сургутян, а в отряде князя В.М. Рубца Мосальского и С.Т. Пушкина на долю казаков и «литвы» из основанного Н.В. Траханиотовым города приходилось свыше трети.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Яндекс.Метрика